– Наши войска всегда готовы к войне и могут разгромить любую армию в мире, – резко произнес Кониджин. – В любом случае, в ближайшее время вооруженных конфликтов с Темуридженом не предвидится, поэтому обсуждать этот вопрос сейчас бессмысленно. Перед нами стоит более неотложная задача.

– Спасибо, что не даете нам отклониться от темы, кузен, – пробормотала Эрида, испытывая противоположные чувства. Он ответил ей фальшивой улыбкой. – Оставьте Осковко в списке. Нужно ли добавить других претендентов? Или, быть может, вычеркнуть какие-то имена?

Она тщательно следила за своим голосом, чтобы в нем не звенели нотки надежды.

– Герцог Рекцио из Сискарии предлагает кандидатуру своего сына и шлет вам его портрет, – прохрипел Ардат. – Я знаю, вы не хотели бы выходить замуж за близкого родственника, но его имя я все-таки тоже вписал. Кроме того, глава джидийского клана отправила вам медвежью шкуру и письмо, в котором выражает надежду на брачный союз.

Он извлек потрепанную страничку из лежавшего перед ним фолианта и передал ее королеве.

– Отправила? – изумленно переспросил лорд Торнуолл.

Эрида не была удивлена. Почти во всех королевствах люди незнатного происхождения имели право вступать в брак с кем пожелают – будь то мужчина, или женщина, или те, кто относили себя к иному полу, или же те, кто не относили себя ни к какому полу вообще. Однако у правящей королевы выбора не было, поскольку перед ней стоял вопрос о продолжении династии.

– Она не первая женщина, выражающая подобную надежду. Тем более правитель Джида не наследует престол, а избирается народом. В моем случае все иначе.

Письмо представляло собой не пергамент, а кусок дубленой кожи. Надеюсь, она принадлежала животному, а не человеку. Послание состояло из трех вытисненных слов: ты, я, вместе.

– Я и не знала, что слово «письмо» можно трактовать так широко, – пробормотала она, прежде чем отложить его в сторону. За столом раздались негромкие смешки. – Напишите благодарственную записку и отправьте ее в Джид, а шкуру – в мою резиденцию в Каслвуде.

– По крайней мере наследный принц Мадренции распрощался со своими надеждами, – сообщила Харрсинг, поднося руку к ожерелью. Голубые ниточки вен просвечивали сквозь ее тонкую, как бумага, почти прозрачную кожу. – В конце этого месяца Орлеон женится на сискарийской принцессе. Его имя мы можем вычеркнуть.

Эта маленькая победа оказалась горькой на вкус. Эрида сжала зубы, готовясь озвучить то, что ей очень не хотелось произносить вслух.

– Можем ли мы потянуть время? Я бы хотела дать воинам возможность собраться у мадрентийской границы. Как только мы объявим, что свадьбы не будет, то начнем наступление, чтобы получить доступ к океану. И, если возможно, я бы предпочла не вступать в войну с Сискарией, чтобы не сражаться на два фронта.

Конец ознакомительного фрагмента.