– Я просил взять только зажигалку, – усмехается он, забирая из моих рук контрацептив, пряча его в заднем кармане джинсов.

– Всегда готов? – приподнимая брови, спрашиваю я, прикуривая сигарету.

– Ага, как пионер, – парирует он в ответ. Мои руки трясутся и это не от холода. За стенами ЗАГСа меня ждет куча народу и мой жених, который в любой момент может броситься на мои поиски.

– Нервничаешь перед свадьбой? – как ни в чем не бывало, спрашивает Дан, продолжая плотоядно меня рассматривать.

– Нет, похоже, я с нее сбегаю, – Дан присвистывает в ответ, как будто это не он – причина моих сомнений. Глубоко затягиваюсь, думая о том, что еще не поздно вернуться. Мои мысли прерывает гневный окрик Лизы. Резко оборачиваюсь, четко понимая, что я не могу туда вернуться. Выкидываю сигарету.

– Увези меня от сюда немедленно, – прошу Дана. Он реагирует молниеносно, как будто только этого и ждал. Садится в машину заводит двигатель, открывая мне пассажирскую дверь. Смотрю на подругу. Почему-то в этот момент меня одолевает чувство вины и именно по отношению к ней. Я знаю, насколько дорог ей Алексей, но мой нерациональный мозг уже принял решение, от которого я не откажусь.

– Прости, я не могу, – шепчу ей одними губами, но она понимает. В ее глазах полная растерянность. Отворачиваюсь от нее, прыгаю в машину. Дан тут же срывается с места, унося меня подальше от этого места. Вот и все, я сделала это и, возможно, совершила самую большую ошибку в своей жизни.

Едем мы в полной тишине. Я не знаю куда, не знаю зачем. Но мне все равно. Мои тараканы бунтуют. Они разделились на два лагеря. Одна, хорошая половина, требует немедленно вернуться в ЗАГС, другая вопит мне о том, что я на правильном пути. Сжимаю голову руками, думая, что еще не поздно, я должна вернуться, хотя бы для того, чтобы разъясниться с Лешей. Попытаться хоть как то объяснить свой поступок.

– Уже поздно, – неожиданно выдает Дан.

– Что? – спрашиваю его, поворачиваю голову в его сторону. Он не смотрит на меня. На лице ни одной эмоции.

– Поздно возвращаться, Дюймовочка. Назад дороги нет, – он что, читает мои мысли? Хотя, наверное, не трудно догадаться, о чем я думаю в данный момент. Дан включает музыку, что-то из русского рока. Хороший выбор. Протягиваю руку, делаю погромче, максимально громко. Мне нужно заглушить мысли в голове. Откидываю голову на спинку, шпильки из прически впиваются мне в голову. Вытаскиваю их, кидая на приборную панель. Запускаю пальцы в волосы, расплетая замысловатые локоны. Мой мастер делал их около часа. Усмехаюсь сама себе, опять откидываюсь на спинку, закрывая глаза. Ни о чем не думаю. Слушаю грохочущую музыку. Дан останавливается, делает музыку тише.

– Не скучай невеста, я скоро, – подмигивает мне, выходит из машины. Опять прибавляю звук. Невеста. Хреновая из меня невеста вышла. Но как говорится в классике, не буду думать об этом сегодня, подумаю об этом завтра. Дан возвращается довольно быстро, вручает мне бутылку мартини, оставляя себе коньяк.

– Ненавижу мартини, – вручаю ему назад бутылку, забирая из его рук коньяк. Дан приподнимает брови, загадочно улыбается, сверкая своей белоснежной улыбкой. Закидывает бутылку мартини на заднее сидение. Заводит двигатель, срывается с места, превышая скорость. Он явно любитель погонять. Хорошо. Громкая музыка, коньяк, скорость – это то, что мне сейчас нужно.

– Куда поедем? – спрашивает он меня.

– Не знаю, мне все равно. А лучше, давай просто покатаемся.

– Хорошо, – ухмыляется он. – Любишь скорость?

– Да, люблю.

Дан выезжает на загородную трассу, прибавляет газу. На улице зима, дорога скользкая. И спортивная машина явно не для зимних дорог. Но скорость, опасность – то, что сейчас надо. Мне нужен адреналин. И мой спутник тоже не против этого. Машину заносит, Дан уходит в дрифт, цепляюсь руками за панель. Но Дан – хороший водитель, ловко выравнивает машину, сворачивает на обочину, останавливается.

– Ну как, понравилось? Отпустило? – спрашивает, забирая из моих рук бутылку, открывает коньяк и вручает его мне.

– Ты специально это сделал, тебя не занесло? – делаю пару глотков коньяка.

– Нет, немного занесло, но не настолько, я просто продолжил маневр, – самодовольно выдает он. Забирает из моих рук коньяк, отпивает сам.

А дальше, под коньяк, разговор идет непринужденно. Выясняется, что мы оба любим скорость, спортивные тачки, русский рок и крепкий хороший алкоголь. После каждого глотка спиртного Дан постоянно предлагает мне конфету, которых, как оказалось, полно в его бардачке.

– Первый раз вижу девушку, которая вот так пьет коньяк, не морщась, даже не закусывая, – усмехается он, закидывая в рот очередной зеленый леденец.

– А я первый раз вижу мужика, который закусывает арбузными леденцами, – усмехаюсь ему в ответ, прикуривая сигарету.

– Два года назад я бросил курить. В тот момент от нервного срыва меня спасали только вот эти конфеты, немного заглушая потребность в никотине. И вот я слез с никотина и переключился на конфеты. А ты слишком много куришь, Дюймовочка, – нагло заявляет он, выхватывая из моих рук сигарету, выкидывает ее в окно. Разворачивает очередной леденец, подносит его к моим губам. – Попробуй его, это действительно помогает, проводит конфетой по моим губам, вынуждая их открыться. Застываю на месте, смотрю в его наглые серые глаза, сглатываю. Провожу кончиком языка по конфете, задевая его пальцы. Всасываю леденец в рот. Дан отпускает руку, продолжая смотреть мне в глаза.