– Малыш, ну прости меня за подозрения! Просто ты так внезапно от меня сбежал, что мне показалось, будто ты, сделал это специально! – внимательно изучая мою реакцию на сказанные им слова, тихо проговорил Марк.

– Знаешь, а я больше не стану оправдываться перед тобой! Считай, как хочешь, а я пойду, ведь сейчас, начнется набор желающих вступить в музыкальный клуб. А я, страсть, как хочу научиться играть на гитаре! – высвободился из объятий Костина и хотел уйти. Но парень вцепился в мою руку и продолжил беседу:

– Фу милый! Ты же все свои пальчики о струны изранишь. Подумай! Может лучше готовить научишься. Вот я, к примеру, собираюсь вступить в кулинарный клуб. Ответь пожалуйста, какая от гитары польза? – только я открыл рот, чтобы дать развёрнутый ответ этому идиоту. Как вдруг, Костин сам ответил на свой вопрос, перебив меня. – Правильно, никакой! А вот научиться готовить, гораздо полезнее…

В общем, пока мы дошли до аудитории, где проходил набор. Я выслушал от Марка миллион причин, чтобы отказаться от своей идеи, вступить в музыкальный клуб.

– Ну ладно, спасибо тебе за то, что проводил! Дальше, уж извини, я пойду один, БЕЗ ТЕБЯ! – с поддельной улыбкой на лице, проговорил я и освободив руку из крепкого захвата клешни Марка, поспешил войти в аудиторию.

– Я за тобой зайду и непременно довезу до дома…

Кричал мне в след этот липучка! Ну а я, так спешил избавиться от общества Марка, что даже не заметил, как налетел на какое-то препятствие. Но меня удержали чьи-то руки, не дав моему лицу познакомиться с паркетным полом.

– Огромное спасибо! … Ой!

В недоумении воскликнул я, как только увидел своего спасителя.

– Аккуратнее нужно быть и смотреть, куда топаешь. В следующий раз, ловить не буду! – придав моему телу устойчивое положение, сделал мне замечание Майкл и продолжил свой путь.

Вот же надменный камень. Ну и шуруй давай отсюда! Слишком высокого ты мнения о себе!

Пока я думал о Совине гадости, аудитория, стремительно заполнялась девицами. И, спустя пятнадцать минут, в помещении, стало нечем дышать! Блин, умирать мне придётся не от рук Ромки Костолома, а от того, что задохнусь в аудитории, так и не познав настоящей любви.

– И так, дамы и господа! Прошу вас вести себя тише и послушать меня! – послышался голос нашего хореографа Дим Димыча. Так мы его прозвали из-за того, что имя у него было Дмитрий, а отчество Дмитриевич.

– Сразу предупреждаю всех! Если кто-то пришёл в клуб ради Майкла Совина, а не ради музыки, то эти личности могут покинуть пределы этого кабинета. Мне нужны творчески настроенные люди, стремящиеся к овладению навыком игры на каком-либо из музыкальных инструментов. А не влюблённые, визжащие, бесхребетные существа, которым, кроме как любования их кумиром, более ничего не нужно, – хореограф пытался достучаться до красавиц, которые сейчас были заняты, лишь только своей внешностью, а не тем, чтобы слушать то, что им сейчас пытается вдолбить Дим Димыч.

Глянул на сидящего рядом с хореографом Майкла и тут же, столкнулся с его тяжелым взглядом. Как-то сразу мне не по себе стало и я, поспешил отвести от него свой полный обиды взор.

После пламенной речи Дим Димыча, аудиторию покинули человек пятнадцать. Ну, это уже было существенное облегчение!

– Что ж, а кто остался, сейчас пройдут проверку и попробуют продемонстрировать свои навыки игры (пауза)… на моих нервах…

Тут же, кто внимательно слушал хореографа с удивлением уставились на Дим Димыча. Ну, а кто раскусил юмор мужчины, разразился смехом, конечно же, этими людьми, были я и Майкл Совин.

– Дмитрий Дмитриевич, на чём нужно сыграть? – спросила одна из фанаток нашего мистера популярность.

И сразу же, девица поплатилась за свой глупый вопрос!

– Дорогуша, вы можете быть свободны! И другие, кто не понял моей шутки, тоже могут уйти! – усмехнулся мужчина, а потом, встал и шепнув что-то своей помощнице Алёне, ушел.

После, столь остроумного отбора. В аудитории осталось двадцать два студента желающих сыграть не только на нервах Дим Димыча, но также и на других музыкальных инструментах. Как только, нас записали в список участников клуба. Нам выдали на выбор музыкальные инструменты и мы, стали пытаться изобразить что-нибудь, отдаленно напоминающее музыку.

Играть из всех нас умели: семеро на гитаре и двое на пианино. Естественно, в число виртуозов я не входил и поэтому, меня взялась обучать Алёна, или, как называл её Дим Димыч, Елена – это настоящее имя девушки. А Алёна – это для друзей и одноклубников. Майкл же, не обращая внимания вообще ни на кого, тихо сидела в углу, бренча какую-то свою мелодию. Я кстати, тоже увлекся икрой, что даже и не заметил, как аудитория опустела и в ней осталось лишь двое студентов – это я и какой-то парень, который, старательно музицировал аккорды на семиструнной. Но потом и он ушёл, оставив меня в гордом одиночестве.