Ей было странно и непривычно, что она, житель большого шумного мегаполиса, вдруг, влюбилась в этот деревенский пейзаж. В звуки, наполненные птичьим гомоном, переливами ручейков и просыпающихся первых насекомых. В запах прогретой солнцем земли; вступающей в свои права весны и новой зарождающейся жизни. И она понимала, почему Варя предпочла загородный дом квартире, которая находилась всего в нескольких минутах от работы.

– Здесь удивительно спокойно, правда?

Оля обернулась на голос подруги, которая, впрочем, как всегда, уловила её настроение. Видеть Варю с заметно округлившимся животиком было непривычно. Но ещё непривычнее было видеть некогда сурового директора в такой неформальной обстановке. Березин, одетый в свободные фланелевые брюки и толстовку с капюшоном, сидел в шезлонге позади жены, и с умилением смотрел, как Варя, прислонившись спиной к его груди, расслабленная и довольная жизнью, уплетала привезённый им чизкейк.

– Правда, – она кивнула и улыбнулась, – если бы не вся эта суета, я бы осталась тут на несколько дней, честно.

– Так в чём же дело? – Березин оставил лёгкий поцелуй на белокурой макушке. – Мы с Варькой будем только рады. Правда, малыш? – Варя кивнула и отправила в рот очередной небольшой кусочек кондитерского блаженства. – А я сам узнаю у Казанцевой, нет ли в департаменте Комиссарова вакансии.

– Нет, Александр Сергеевич, – Оля опустила голову и обхватила себя руками, – спасибо, но в «Рощу» я не вернусь. Не хочу, чтобы на меня смотрели с жалостью.

– Глупость какая, – Березин фыркнул.

А Варя, поставив почти пустую тарелку на пол, развернулась и, оседлав мужа и поправляя плед, хитро прищурила глаза:

– Сашенька, кажется, у меня есть идея получше.

– И какая?

Конечно, Оля всё подробно рассказала подруге о своей тульской жизни. А вот Александру они представили укороченную версию. И сейчас Варя пыталась помочь, но хотела сделать это деликатно и осторожно, чтобы Ольга не приняла всё за жалость и подачку. Она обернулась и, окидывая Ольгу серьёзным взглядом, вздохнула:

– Знаешь, работа с людьми очень трудная, но и очень интересная. Профсоюз существует всего без году неделя, а у нас уже столько планов. Беда одна, толковых и грамотных юристов много, а вот человека с креативным мышлением, таким, как у тебя, увы…

– Нет, Варька, нет. Знаю я к чему ты клонишь, но… Нет. Это совершенно не моё и…

– Оля, не отказывайся. Помоги мне, хотя бы временно. Пожалуйста, – она слышала, как хмыкнул Березин, уже заранее зная, что его жена сумеет уговорить подругу. Но Варя повернулась к нему. – И ещё, Сашенька, что, если Оля поживёт в городской квартире, а?

– Я согласен, но при одном небольшом условии: если она мне вот в такой неформальной обстановке выкать прекратит. Вроде и свидетельницей на свадьбе была, и крёстной, наверняка, будет, а всё туда же. Ну так что скажете, Ольга Владимировна?

– Мне, мне подумать надо, – вовсе не за этим она ехала с Варей в Немчиновку. Но и отказаться от такой искренней помощи не могла.

– А что тут думать? – Варя подмигнула подруге, – сегодня останешься ночевать у нас. Завтра я тебя введу в курс дела и со всеми познакомлю. А потом мы отправимся в квартиру, порядок там для тебя наводить. Здорово же, а?

Ритмичные басы, бьющие из колонок, завладели посетителями ночного клуба. И бывшими сокурсницами, с которыми Ольга пришла в Mix Club, тоже. Одна из подруг смогла внести их в списки именно на этот субботний вечер, когда в клубе зажигал новомодный ди-джей. Правда, их столик был относительно далеко от танцпола, но Оля была этому только рада. Танцевать ей хотелось меньше всего. Ей хотелось напиться. И у неё был повод.

Сегодня Кирилл выложил в социальные сети фотографию с девушкой, которая была её полной противоположностью. Невысокая пухленькая брюнетка с яркими зелёными глазами прижималась к нему и открыто улыбалась. И, вдобавок, в комментариях к снимку он написал, что влюблен, и не просто готов двигаться дальше, но и с охотой нырнёт в этот омут с головой.

Оля ненавидела его. Искренне и всей душой. Была готова, если бы представилась такая возможность, вцепиться в волосы этой мелкой проныре. А Кириллу съездить по морде. И это он говорил, что после переезда в Тулу она стала себя запускать, бросив занятия йогой, которые тут, в Москве, они посещали вместе с Варей? При её росте, в метр семьдесят, она всегда казалась себе худой, и мечтала набрать пару лишних кило, но при условии, чтобы они отложились в нужных местах. Например, на груди и бедрах. Но, увы. Вот Варька по поводу своей фигуры не страдала. Но она была на полголовы ниже Оли. И как же сейчас не хватало лучшей подруги. Пусть бы Соломатина весь вечер цедила единственный бокал легкого вина, но она бы выслушала её и сказала, что Кирилл, хоть и друг, но настоящий козёл. А потом они бы пошли танцевать, вместе, и собрали бы вокруг себя толпу восхищённых мужиков.

Но, Варька теперь была замужем и наслаждалась своей новой жизнью. Оля не завидовала подруге. Она была рада за неё. Но у Вари теперь был Березин. А у неё никого. Справедливости ради стоило заметить, что и она сама, когда была в отношениях с Кириллом, общалась и встречалась с подругой не так часто, как хотелось бы.

Новых приятельниц Оля еще не завела. Ну а старые… ей было с ними уже неинтересно. Казалось странным, что они окончили институт меньше года назад. Девчонки работали и тусили. Старались жить легко. А Оле казалось, что за это же время она прожила целую жизнь, полную не только радостных и счастливых моментов, но ещё и лжи, и предательства.