Прохладный душ немного взбодрил меня и, выпив кружку кофе, я поехала в студию. На удивление сегодня погода была просто замечательная, и мне удалось немного прогуляться и подышать свежим воздухом до начала рабочего дня.

До обеда день незаметно пролетел, и у меня выдался свободный час, чтобы сходить поесть. Для этого я выбрала кафе, которое находилось не так далеко от танцевальной студии. Зашла внутрь. Людей было много. Не мудрено, обед всё-таки. Заказала сырный суп, зелёный чай и стала ждать свой заказ. И вот мне наконец-то принесли долгожданную еду. От супа так потрясающе пахло и исходил манящий пар, что в животе невольно заурчало, и потекли слюнки. Я даже и не помню, когда последний раз ела. Уже в большом предвкушении подчерпнула ложку супа и поднесла её к губам, чтобы насладиться ароматной похлёбкой, как над головой прозвучал мужской голос, от которого я вздрогнула, выронила ложку, которая упала в тарелку, расплёскивая суп по краям тарелки и на стол.

Подняла голову, а там Руслан собственной персоной. Стоит, улыбается. А у меня в голове медленно, но уверенно прорисовывается план убийства. Если только этот наглый мужчина не исчезнет в ближайшие минуты из моей жизни, то я его точно придушу.

– Что ты здесь делаешь? – без какого-либо приветствия проговорила я и зло посмотрела на него. Сначала ночью в мой дом забирается. Ну ладно, не мой. В дом своего отца, с которым они, между прочим, не общались. А теперь он оказывается в том же кафе, что и я? Совпадение? Не думаю. Странно всё это. Да и если судить по словам Захара, Руслан обходит стороной такие заведения, как это кафе. Не его уровень.

Мой муж после встречи со своим сыном в наш медовый месяц немного рассказал о Руслане. Ну, в принципе, я не особо удивилась рассказу. Мальчик, который вырос с золотой ложкой во рту, при деньгах, которому всё и всегда было доступно и позволено. Благодаря своему отцу Руслан открыл свой первый бизнес. Это был ночной клуб, а потом стал разрастаться, естественно, пользуясь связями своего отца. Как потом оказалось, Руслан не только в России ведёт дела, но и в Европе и Америке у него свои заведения. Но на вопрос, почему они не ладят и с чего начался весь конфликт, который привёл практически к войне между отцом и сыном, я так и не получила ответ.

– А ты что, не рада меня видеть? – он ехидно ухмыляется и садится напротив меня. Есть, естественно, перехотелось.

– Да как-то не особо. Так что ты здесь делаешь?

– Да вот, проезжал мимо, решил заехать пообедать. Захожу и вижу знакомое лицо. – К мужчине подошёл официант и положил рядом меню, тот, смотря в упор на меня, кивнул официанту.

– Ну что ж. Приятного аппетита. – Я встаю из-за стола под пристальным взглядом Руслана.

– А ты куда? – в его глазах на несколько секунд появляется удивлённое выражение, которое тут же меняется на усмешку.

– У меня нет желания обедать с тобой в одной компании. Боюсь подавиться. – Тот весело хмыкает.

– И что, останешься без обеда?

– Значит, да. – Вот нет никакого желания не то чтобы с ним есть, даже рядом не могу находиться с этим нахалом. Сердце шумно бьётся, нервы накаляются. А Руслан как сидел на своём месте, так и сидит, внимательно наблюдая за моими действиями. Быстро подхватываю свой пуховик, сумку и иду на выход. Мужчина мне что-то сказал в ответ, но я не успела расслышать, как за мной закрывается дверь кафе.

Вышла на улицу, и только потом поняла, что щёки пылают, а дыхание практически сбилось, будто бы я бежала бегом несколько километров. Голодная пошла обратно в студию. По дороге встретился небольшой магазинчик, где купила булочку и йогурт. Ну, хоть что-то в желудок закину. Есть-то хочется. А у меня сегодня целый день расписан.

Остаток дня провела довольно продуктивно. С детьми заниматься одно удовольствие. Они словно маленькие огонёчки заряжают тебя своей энергетикой. Я безумно хотела своих детей. Хотела стать мамой, но, видимо, у судьбы совсем другие планы на мой счёт.

Вышла из студии уже поздно. Мне нравился такой график. Целый день занят, и нет времени подумать обо всех трагедиях, которые с тобой случились. Хорошо было бы ещё ночь чем-то занять, а то, когда порой не спится, становится совсем худо.

Придя домой, я созвонилась с родителями, сказав, что со мной всё хорошо. Мама волнуется. Постоянно твердит мне о том, чтобы я переезжала домой, и нечего мне одной в таком большом доме жить. А я, как всегда, настаивала на своём. Не могла я покинуть дом своего мужа. Мне здесь хорошо. Спокойно. Я чувствую себя хозяйкой и могу хоть как-то здесь существовать, несмотря на то, что дом всё ещё носит запах Захара. Каждая деталька, она словно пропитана моим мужем и несёт с собой информацию, которую я так не хочу забывать.

Рано или поздно мне придётся научиться жить одной. Не думаю, что Захар бы осудил меня за то, что я научилась жить без него. Но ведь это необходимо, он не вернётся. Было бы куда проще, если у нас с ним были бы дети, но их нет. Вообще, я часто задумываюсь о том, что каждому из нас нужно уметь принимать своё одиночество и научиться жизнь с ним. Какая бы не была наша жизнь, и сколько бы людей нас не окружало, рано или поздно мы всё равно остаёмся одни. Ничто в нашей жизни ни вечно.

Я вошла в кабинет своего мужа, который находился на третьем этаже и, не включая свет, прошла к окнам. На улице темно. Уже практически полночь, а у меня, как всегда, бессонница. Даже препараты, выписанные врачом, не помогают уснуть.