— И даже больше, что весьма похвально, — отметил я. — Однако, вас я собрал, господа, для того, чтобы выслушать ваши предположения по ситуации. Это для начала.

— А ещё, господин Инквизитор? — заинтересовался, хищно поводя длинным носом, кардинал.

Вообще, весьма мне этот служитель культа напоминал единицу: длинный, под два метра, тощий, как жердь, с тонким, но длинным шнобелем. Единица, как она есть.

— А ещё я начну расследование, кардинал, — ответствовал я. — И в нём мне понадобится содействие ряда из вас. Но для начала всё же выскажите свои предположения.

И начали присутствующие оные предположения высказывать. Помимо вполне очевидных (и, в рамках известного, проверенных) вариантов “спрятавшихся налётчиков” и культа, были довольно оригинальные предположения. Кстати, смежные в чём-то, но от разных людей.

Итак, Арбитр предположил, что некая “микроскопическая форма жизни” подверглась мутации имматериума, став “демонозверем”. И, как я и предполагал с “конопляной поляной”, ныкалась в скалах каких, в районе мерзлоты. А ныне вымылась и затеяла плодиться злобно, человекам на пагубу. Все это выслушали с умными лицами, но кардинал бровь свою, скобкообразную, иронично задрал. Ну а я ответил.

— Интересное предположение, арбитр Штерн, но нет. Могу гарантировать, что это не так по двум причинам, — выдал я, вызвав вопросительные взгляды от всех, кроме попа. — Итак, во-первых и главных, микроорганизмы демонами не становятся. Это факт, причины достоверно не известны, но все доведённые до состояния демона варп-мутанты — высшие растения и животные. Никак не микроскопические водоросли или плесень какая, — ответствовал я.

— А вторая, господин Инквизитор? — вклинился в паузу губернатор.

— Хм, вторая. Скажите, губернатор, есть ли разница в биоценозе материков Дюрера? — уточнил я, а то мало ли.

— Регионная по климатическим зонам… — начал было, после раздумий, губернатор, но замолчал после моего поматывания головой. — Тогда нет, — решительно ответил он.

— А источник варп-заражения находится на этом материке, — заключил я.

Кстати, судя по мордам, рожам и лицевым арифметическим символам присутствующих, эту информацию служба контроля и тут посчитала “неважной”.

— Это точно, господин Инквизитор? — уточнил поп, на что я покивал. — Тогда и моя теория не годится, скорее всего, — задумчиво выдал он.

— А что за теория, если не секрет? — полюбопытствовал я.

— Я предполагал, что это некий вариант чумы губительных сил, — выдал кардинал. — Даже обратился к генеторам и сёстрам-биологис Адептус Сороритас, — дополнил он.

— Вообще — весьма остроумно, — не мог не признать я.

В принципе, вариантов чумы у деда тьма тьмущая, да и новые он творит с предосудительным энтузиазмом. И вполне могло бы быть так, если бы не пара моментов.

— Однако, господин кардинал, если локализацию в рамках материка, невзирая ни на что, можно объяснить, как и столь долгий инкубационный период и необнаружение её псайкерами, то… — замолчал я на несколько секунд, формулируя. — То отсутствие в растущем фоне имматериума выраженной составляющей скверны — никак. Я имею возможность определить такое. Безусловно, в случае столь весомых объёмов, меняющих топологию в планетарных масштабах, — уточнил я. — В общем, господа, я предполагаю текущее положение на планете следствием рук разумных, человеков. Еретиков и предателей, — выдал я, на что единичный кардинал хрюкнул, а на вопросительные взгляды выдал:

— Простите, господа, я понимаю — тема отнюдь не повод для веселья. Просто уже год действует моё распоряжение по епархиям, — озвучил служитель культа. — Проповеди, проверки прихожан, призывы к бдительности, — под кивки слушателей перечислил он. — Но вот тут случай был, настолько… комичный, — после заминки озвучил он, — что не удержался. Моя канцелярия поголовно хихикает… Да, если откроете сопряжение, сами поймёте. Обычно информация подобного уровня до меня не доходит, но тут экклезиарх епархии Рау сделал подборку… — опять хрюкнул он.

Народ заинтересовался, как и я, ну а по получении пакета хрюкали все присутствующие. И было из-за чего:

Итак, повышение бдительности заключалось в том числе и в доносах на “подозрительное”. И вот нашелся один, как суховатым и казённым языком отрекомендовал экклезиарх, “добрый и верующий прихожанин”, в роже владельца небольшой колбасной мануфактуры. И начал этот “достойный прихожанин” строчить весьма многословные доносы. С всяческими “лишь на тебя, слугу Бога-Императора нашего, уповаю”, “творит враг сей вещи подозрительные” и прочее подобное.