— Пропадайте здесь, проклятые смертные! А меня им не взять!

Паррик в бессильной ярости разразился проклятиями.

— Вернись, проклятая сука! — завизжала Сангра, и снова наступило молчание, только ветер продолжал завывать на Поле Камней.

«Пусть Чатак проклянет тебя», — подумал Паррик. Он и раньше считал, что от нее можно ожидать чего угодно — волшебница все-таки, да еще и сумасшедшая вдобавок, — но все же предательство Мериэль пронзило его сердце, ибо теперь у них не осталось никакой надежды. И чего он, старый дурак, потащился на юг! Теперь ему никогда не найти Ориэллу… И хуже того, заодно он обрек на смерть Сангру и Элевина. Одинокий и несчастный, Паррик закрыл глаза и заплакал, пока, к своему ужасу, не обнаружил, что слезы замерзли, и он не может открыть глаз. «Ну, ничего, — подумал Паррик, — я хотя бы не увижу, как придут эти Призраки». Но теперь он попал в гораздо худшее положение, ибо ничего не видел, и воображение его разыгралось.

Вдруг послышался какой-то странный шум, все ближе, ближе.., словно некое огромное существо пробиралось меж камней, готовое вцепиться в его беспомощное тело… Оно уже близко, оно рядом! «О Боги, нет!» — в ужасе вскрикнул Патрик, и тут кто-то коснулся его.

— Нет! — заорал он снова, бессильно гремя цепями.

— Все в порядке, — услышал он слова на его языке, и в то же время как будто бы на чужом. — Я — Чайм, я пришел спасти вас.

— Чтоб ты пропал, полоумный, — истерически завизжал Паррик. — Я думал, что явились эти проклятые Призраки!

— Прошу прощения, — ответил тот же голос, и Паррик почувствовал у себя на лице чье-то теплое дыхание. Чайм дул ему на веки, чтобы те оттаяли. Когда Паррик смог открыть глаза, он уже пришел в себя настолько, что почувствовал неловкость за свою вспышку. Однако все мысли тут же вылетели у него из головы при виде кругленького, молодого человека с каштановыми волосами. Это был тот самый призрак, что посетил их в темнице, но на этот раз во плоти.

После всего, что случилось сегодня, кавалерийский начальник был сам не свой. Подслеповато щурясь, призрак начал шарить по земле, и почему-то вид его добродушно-глупой физиономии еще больше разозлил Паррика.

— Что тебе от нас нужно? — рявкнул он ни с того ни с сего. Перестав улыбаться Чайм резко поднялся на ноги, и Паррик увидел у него в руке камень.

Чайм с размаху ударил по одному из наручников, и пленник закричал, потому что железо врезалось в руку. Хотя все тело его онемело настолько, что сейчас он не чувствовал боли, он знал, что пошла кровь, и понимал, что потом будет дьявольски больно.

— Они не замкнуты, болван, — зарычал Паррик.

— О! — Чайм не стал тратить время на извинения, а вместо этого рукояткой кинжала стал разжимать железный браслет, погнутый его ударом.

— Ну да ладно, — сказал он, когда наконец это ему удалось. — Все равно, Призраки, кажется, уже нашли нас.

— Что? — Когда освободилось второе запястье, Паррик вскочил, отчаянно пытаясь схватить ножные кандалы непослушными окоченевшими пальцами.

— Не мешай. — Отстранив его руки, Чайм быстро освободил ноги Паррика от цепей. — Стой и не шевелись, приятель, они — перед тобой.

В ужасе Паррик повернул голову и, проследив за взглядом Чайма, в нескольких шагах увидел двоих — но не Призраков, а огромных, устрашающего вида кошек. В горле у него пересохло: у зверюг были огромные, словно ятаганы, когти, большие, белые клыки и блестящие шкуры. Одна из них была совсем черной, а вторая — черной с золотыми подпалинами. Их горящие глаза казались загадочно-проницательными, словно это были разумные существа. Они угрожающе зарычали, и у Паррика перехватило дыхание.

— Знаешь, — тихо, доверительно сказал Чайм, — мне кажется, они нечто большее, чем просто животные, и ради нашего спасения будем надеяться, что я прав.

И тут, к ужасу Паррика, Чайм точно с ума сошел. Наступая на Призраков с устрашающим видом, он вдруг начал водить руками в воздухе, словно развязывая невидимый узел. Обе кошки тотчас встрепенулись, их желтые глаза расширились, шерсть поднялась дыбом, и внезапно с жуткими воплями они унеслись прочь, точно смерть гналась за ними по пятам.

— Я был прав! — рассмеялся Чайм. — Надо иметь воображение, чтобы испугаться иллюзии. Паррик в изумлении смотрел на него.

— Зачем ты меня спас? — прошептал он. — Чего ты от меня хочешь?

— Спроси лучше об этом у Богини, — ответил Чайм. — Сам я знаю не больше тебя. Однако нашей Покровительнице Зверей вы зачем-то понадобились, и она явила мне видение, которое и привело меня сюда.

— И вовремя, провалиться мне на этом месте! — донесся от соседнего камня слабый голос Сангры, и Паррик с Чаймом улыбнулись.

— Ну вот. — Молодой человек снял со спины мешок, развязал узел и вручил Паррику фляжку, в которой, к его великой радости, оказалось что-то весьма похожее на спирт. Огненная струя обожгла ему глотку.

— Ох! Хорошо! — выдохнул Паррик, и, видя, что Чайм уже освобождает от оков Сангру, накинул на себя одно из принесенных молодым человеком одеял и пошел помогать Элевину.

— ..тропам до моего дома… В общем, от моей бабушки я научился многому, в смысле лечения травами. Может, все же удастся спасти его. Мне трудно просить вас об этом, но если бы кто-нибудь уступил ему одеяло…