— Артем.

Он выглядит ужасно интеллигентно. Это странно, если держать в голове, что он работает на Чертова. Хотя, с другой стороны, фасад всегда выглядит красиво и прилично. А какие грязные дела творятся в подвале знают только посвященные. Я зачем-то раскручиваю эту мысль и понимаю, что пока что любуюсь на парадный фасад. Сижу в отличном отеле, где на столике стоит бокал с дорогим французским шампанским, а в воздухе пахнет ароматизатором с нотками корицы, и жду, когда начнется интервью.

В таком месте легко почувствовать себя в обманчивой безопасности. Чертов ушел, забрав с собой всю охрану. Так что в поле моего зрения остались только нормальные люди. Визажист, которая наложила легкий макияж на мое лицо и заодно подсказала, как лучше держать руки в кадре. Еще в комнате кружатся трое помощников. Они передвигают аппаратуру и решают, кто из прессы какое место займет. И, наконец, Артем, который выглядит как педагог по вокалу.

— Давайте проверим, — ко мне подходит новая девушка. — Мне кажется, должен подойти.

Она протягивает мне бирюзовый пиджак.

— Низ видно не будет, можно не переживать, — добавляет она деловым тоном. — А ваша блузка красивая, можно оставить.

Она помогает мне нырнуть в пиджак.

— Ой, бирка! — спохватывается она, когда та становится колом над воротником. — Минутку.

Она ловко справляется с ней голыми руками. Потом делает шаг назад, пятясь, и окидывает меня оценивающим взглядом.

— Цвет ваш, идеально, — она рассуждает вслух. — Но чуть великоват.

— Да, если немного.

— У меня есть зажим, — девушка проводит ладонью по запаху собственного пиджака, и там у нее оказывается целая сокровищница.

Я замечаю и булавки, и зажимы, которые похожи на парикмахерские, и разноцветные ленты. Множество мелочей, которые прикреплены к внутренней подкладке ее пиджака.

— Соберем немного на спине. Позволите?

Она приподнимает ладонь с пластиковой прищепкой.

— Хорошо, — я пожимаю плечами.

Мне, если честно, все равно. Я пока что вижу только видимость выбора. У меня постоянно что-то спрашивают, уточняют, а по итогу все равно всё будет так, как решил Чертов. Он первым приехал по мою душу и уже сказал, что желающих перехватить меня много. Я верю ему, потому что ко мне уже приезжал юрист и по его спешке можно сделать выводы. Но я не хочу представлять, как выглядят другие претенденты. Чертов хотя бы разговаривает на человеческом языке, а не на блатной фене, и при определенной сноровке в нем можно разглядеть респектабельного бизнесмена.

Хотя я заметила, как топорщится его пиджак. Он накинул его в соседней комнате и прошел через конференц-зал, оставив меня с Артемом. Он явно ходит с оружием в наплечной кобуре. Даже в обычной жизни, даже в отеле, куда уже приехала его гвардия бодигардов. Правда, он зашел в мой номер в одной рубашке и без огнестрельных аксессуаров, что немного сбивает с толку.

Не захотел пугать девушку?

В этом брутальном самце из полукриминального мира действительно есть что-то от джентльмена?

— Отлично, — девушка довольно кивает, обходя меня по кругу. — Пойдемте за стол, проверим последние мелочи.

— Листок с текстом можно взять?

— Конечно, — отзывается Артем. — Можете даже читать с него, это тоже будет смотреться естественно. У вас же горе, мысли могут путаться… Делайте, как вам удобно.

Он смотрит на наручные часы.

— Я начну запускать прессу, съемка через пятнадцать минут. Лучше не тянуть, а то вы перегорите.

— А ваш босс подойдет? Господин Чертов?

— Да, он будет говорить после вас. Насчет официальной части, похороны и следствие. Его компания берет это под свой контроль.

— Прям как меня, — добавляю мысленно.

Я иду за девушкой-стилистом, которая указывает мне на стул по центру.

— Нужно еще запудрить! — восклицает она, подзывая визажиста. — Вы раскраснелись.

— Я все же нервничаю, — признаюсь.

— Глупости, тут нет ничего сложного.

— И опасного, — я усмехаюсь и нервным жестом подвигаю листок поближе.

Сейчас и правда не стоит нервничать. При большом скоплении народа, да и в центре города, не случится ничего плохого. Ведь это фасад. А вот что будет потом… Мне бы только не оказаться в подвале, где творятся грязные дела.

Рядом садится Артем. Он поправляет визитку с моим именем, а потом кивает кому-то из прессы. Я же одергиваю рукава пиджака и только сейчас понимаю, что мне следовало бы надеть черный костюм, а не бирюзовый. Боже! Пока что из меня получается ужасная вдова, прокол за проколом! Я бросаю красноречивый взгляд на девушку, которая занималась моей одеждой.