Сзади, на Чипке, звонко стучал счетверённый пулемёт Серого, где-то слева раздавался дробный звук ЗУ-23-2, а справа, из всей канонады выделялся длинный громоподобный звук шестьсот тридцатого артавтомата на высокой крыше поселкового лазарета, где царствовали врачи Сергей Бармин и Кира Лагутина. Другие калибры поселковой артиллерии так не выделялись, сливаясь в общий грохот боя.

Гостья Виктора спокойно била по задним тылам, с хорошим темпом, и уже через пять минут полезла за пополнением боезапаса.

Отдельным группам удалось даже добраться до ближних подступов к посёлку, но минные поля, не дали им никаких шансов.

В такие вот не особо опасные накаты, поселковые старались стрелять болванками, для того чтобы максимально сохранить ценный биоматериал, а фугасные и осколочные боеприпасы применялись только в случае серьёзной опасности.

В целом на подавление штурма ушло чуть меньше получаса, и когда прозвучал отбой тревоги, Виктор стянул шлемофон, и вытер пот со лба рукавом.

– Клавдия, ты там как?

– Порядок. – Бросила гостья, и через мгновение тишину разорвал хлёсткий звук выстрела.

– Кто ведёт огонь? – Донеслось из наушников, и Виктор, снова одев шлемофон стукнул ногой по лесенке.

– Ты там в кого палишь?

– Да высокий такой, с голубым сиянием вокруг головы. Рядом ещё четыре пса стояли, но они сразу разбежались.

– И?

– Разнесла ему башку в клочья. Тут дистанция всего километр семьсот.

– О! – Искатель покачал головой. – Сыч в канале. Тут похоже моя гостья подстрелила Колпака.

– Хорошо если так. – Отозвался генерал. – Сейчас высылаем сборщиков, а всем остальным глядеть в оба и аккуратно прикрыть, если что.

Виктор поднялся в шесть утра, и сделав короткую разминку, поспешил заняться делами. Первым делом забежал к Толстому Владу, и отдал ключи от дома.

– Так Влад. Если меня нет две недели, принимай хозяйство.

– Ты раньше такого не говорил. – Констатировал владелец торговой точки, и внимательно посмотрел на Виктора поверх очков.

– Я раньше и за Синим Пеплом не ходил.

– Оhуел?

– Должок. – Коротко пояснил Виктор и вздохнул. – Сам знаешь, что некоторые долги отдают только кровью.

Влад, дослужившийся в своё время в Федеральной Службе Безопасности до подполковника, лишь кивнул, и молча вышел из комнаты где они сидели.

Виктор спокойно пил чай, пока Толстый собирал весь немалый заказ, и грузил в кузов небольшого двухместного квадра, что уже стоял во дворе. Дело это было ответственное, поэтому Виктор просто сидел, прихлёбывал вкусный зелёный чай, до которого полковник Тарасов был большим любителем и вспоминал, как их группу забросили в центр города, и они на отходе напоролись на рыжих демонов. Демонам были похрену пули винтовочного калибра, и убили их только тогда, когда в ход пошли гранаты. А через два часа, они снова напоролись, только уже на Синих, и когда Виктор остался последим боеспособным бойцом отряда, то когда кончились патроны, от тоски и отчаяния, пошёл в атаку с ножом.

Вертясь словно уж на сковородке, он сумел завалить всех троих Синих, и после, волок двух раненых товарищей, к месту эвакуации молясь лишь о том, чтобы не свалиться от усталости.

Молитва видимо была услышана, так как после этого выхода, кости, сухожилия и мышцы, приобрели такую прочность, что из госпиталя, он сбежал, просто выпрыгнув из окна четвёртого этажа оставив о себе на память два вдавленных в асфальт следа босых ног.

– Готово. – Толстый, вошёл в комнату, и благодарно кивнул, увидев, как Виктор наливает ему чай. – Я там тебе в бардачок, кинул пенал с жемчугом. три жизни – не одна.

– Влад, ты монстр. – Виктор покачал головой. – Три жемчужины, это просто дохрена денег.

– Вернёшься – рассчитаемся. – Отрезал Толстый, и словно спиртным чокнулся с чашкой в руках Виктора. – Не добычи мы желаем тебе, но возвращения[1].

Когда Виктор рулил по посёлку, на улицах уже было полно народу. Дети, под руководством взрослых носились с голубоватыми контейнерами из толстого кварцевого стекла сортируя добычу, а главный поселковый механик Гури Кавторадзе, со своими людьми уже занимался чисткой и обслуживанием орудийных установок, поднимаясь в люльке автокрана на самую крышу. Гури – пожилой мужчина среднего роста с широкой бочкообразной грудью, и здоровенными руками был настоящим оружейником от Бога, и ухаживал за стреляющими железками словно за детьми, так что, когда бы Виктор не поднялся к своей пушке, она была в идеальном состоянии.

Для этого на крыше каждой башни был специальный люк, ключи от которого были у Гури и его парней. А ещё у них была собственная лаборатория, откуда в руки искателей попадали новая взрывчатка, патроны и ещё очень много других полезных вещей.

Среди выгоревшей и линялой одежды аборигенов мелькали новенькие комбезы пришлых, которые набежали для сбора биоматериала, но самое ценное, уже подняли жители посёлка, распихали по контейнерам, и теперь, генералу Корневу предстоял длинный и муторный торг, за каждый грамм инопланетной дряни, идущей иногда по цене золота, а чаще, сильно дороже.