Различие похоронного ритуала у русских племен, несомненно, является свидетельством двойственности их религиозных верований. Религия антских племен явно находилась под влиянием иранского вероучения и мифологии. Мы уже отмечали почитание мифологической птицы-собаки Сенмурва в скифский и сасанидский периоды 1242 . Поклонение Сенмурву, вероятно, продолжалось еще в хазарский и ранний варяжский периоды, и керамическая плитка, обнаруженная в Гнездове 1243 и относящаяся к восьмому или девятому векам, характерна в этом отношении. В «Повести временных лет» Сенмурв упоминается под именем Симаргла 1244 , которое близко к «Симургу», — так персидский поэт Фирдоуси называет мистическую птицу в своей поэме «Шах-Намэ» 1245 .

После политического объединения русских племен под властью киевских князей религиозные верования различных племен были синкретизированы, и во второй половине десятого века, до обращения Владимира в христианство, киевский пантеон включал в себя как славянского Перуна, так и иранского Симурга 1246 .

Относительно социального расслоения русских племен восьмого и девятого веков археологические свидетельства указывают на разделение между богатыми высшими классами и простыми людьми, во всяком случае, среди полян, северян и кривичей. Знать и купцы таких больших городов, как Киев и Смоленск, накопили значительное богатство 1247 . Находки большого количества кладов с восточными монетами, обнаруженных в разных губерниях, указывают на широкий круг внешнеторговых отношений. Оставляя в стороне клады, относящиеся к более позднему времени, и принимая в расчет только те, которые содержат восточные монеты восьмого и девятого веков, следует сказать, что большинство этих кладов было обнаружено на землях северян, радимичей и вятичей; хотя немало подобных кладов находилось и в землях кривичей и словен, а также в Ростово-суздальском регионе, тоже заселенном этими двумя племенами. Что касается киевских земель, в период до десятого века здесь было найдено немного, и лишь один клад был обнаружен при раскопках на территории нижнего Дона 1248 .

В заключение давайте обратимся к антропологическим свидетельствам. Антропологами было исследовано значительное количество костяков и черепов, обнаруженных в различных курганах и могильниках по всей России, но данные этих исследований нельзя назвать исчерпывающими или окончательными. Согласно Ю.Д. Талко-Гринцевичу 1249 , нельзя установить общий восточнославянский тип, и, с точки зрения антропологии, существует не только разница между различными племенами, но, в ряде случаев, существуют различные группы внутри одного племени.

Что касается роста, то новгородские словене, поляне и часть северян были выше, чем представители других племен. Древляне и радимичи были среднего роста (выше 165 см); кривичи были самыми низкорослыми (около 157 см). С точки зрения краниометрии, поляне были суббрахицефалами; северяне, западные кривичи, древляне и новгородцы — субдолихоцефалами; восточные кривичи — долихоцефалами. Что касается ширины лба, то у северян, полян, древлян и кривичей лбы были достаточно широкими, а у новгородцев — средними. У полян были широкие затылки, это приложимо также к северянам, древлянам и кривичам; у новгородцев затылки были среднего размера. У древлян и кривичей были крупные лица, в то время как у новгородцев, северян и полян — значительно меньше.

Принимая во внимание эти показатели, так же как и ряд других, Талко-Гринцевич предложил следующую классификацию древнерусских племен:

1. Новгородцы

2. Поляне и северяне

3. Древляне и кривичи

Эта классификация неполная, поскольку в нее включены не все русские племена. В то же время, она может помочь историку, а ее обоснованность позволяет обнаружить различие антропологического типа между антскими племенами (группа 2) и словенскими племенами (группа 3).

Следует заметить, однако, что обоснованность классификации Талко-Гринцевича ставилась под вопрос Яном Чекановским, который подчеркивал даже больше, чем Талко-Гринцевич, смешение антропологических типов на территории Западной Евразии, которое затрудняло установление четких географических границ между антропологическими группами. Что касается классификации самого Чекановского, можно указать на то, что он относит полян к тому антропологическому типу, который он называет «восточным» или «преславянским», а северян (или их часть) к «средиземноморскому» типу 1250 .

У составителя «Повести временных лет», использовавшего ряд древних устных преданий, было смутное представление о том, что южно-русские племена в некоторое отдаленное время принадлежали к великому государству, или союзу, внутри которого каждое племя могло сохранять свои собственные обычаи. Этот «союз» греки называли Великой Скифией; каждое племя держалось и своих собственных обычаев, и законов, и преданий их отцов, и у каждого племени было свое свойство 1251 . В этом предании о Великой Скифии можно усмотреть отзвуки сарматской и гуннской эпох, но более естественным представляется отнесение Великой Скифии «Повести временных лет» к хазаро-мадьярскому периоду, когда, между прочим, сами хазары употребляли славянское слово «закон».

В конце седьмого века племена асов и русов с нижнего Дона покорились хазарам, в то время как племена асов в районе верхнего Донца были завоеваны мадьярами, последние, однако, считали себя наделенными верховной властью над хазарами в этой местности. Согласно нашему предположению 1252 , в 730-е гг. в регионе верхнего Донца появились шведы и столкнулись с мадьярами. Эти последние тогда двинулись на запад в район нижнего Днепра и Буга и частично завоевали, частично вытеснили на север полян и уличей 1253 . Теперь донецко-донской речной путь контролировался шведами, которые со временем смешались с асами и русами, приняв название последних. Новые объединенные русы, должно быть, сначала признавали над собой господство хазар, но затем, около 825 г., порвали с ними и основали свой собственный каганат. Около 833 г. хазары нанесли ответный удар, построив крепость Саркел, намереваясь отрезать русских от донского речного пути 1254 .

Возведение Саркела явилось лишь первым шагом в стремлении хазар взять Русский каганат в кольцо. Чтобы обезопасить свой контроль над нижним Доном и предотвратить возможность прихода новых варяжских отрядов на помощь русским, хазары вынуждены были также удерживать контроль над верхним Доном и верхним Донцом. Такая политика была также продиктована и экономическими соображениями. Именно по верхне-донецкому пути азовские русские получали с севера меха. Примечательно то, что как только хазары завоевали русские племена в районе Оки, они наложили дань в мехах.