Лесную защитить анклав сможет — у него для этого есть артефакты. А вот о баронстве должен позаботиться именно я, ведь это моя земля и на ней живут мои люди.

Брат Курт, Густав и Ченгер ждали меня во внутреннем дворе анклава. С призванных троице гончих ни один из них так и не слез. Моя подбежала прямо к крыльцу, и я забрался на спину своего транспорта.

— Здесь мы закончили, едем дальше, — объявил я, и, судя по лицам сопровождающих, все поняли, что помощи от ордена не будет.

В полном молчании мы проехали спящую деревню. Хотя, наверное, уже нельзя называть поселок так, ведь он каменный. Все-таки деревня происходит от «дерева». Или в местном языке иное происхождение слова?

Какая только чушь в голову не лезет, когда не спал нормально несколько дней!

Решительно тряхнув головой, я вздрогнул от пробежавшего по нервам тока.

— Брат Курт, мне нужно, чтобы вы свидетельствовали, что орден не смог оказать нам помощь в борьбе с монстром, копирующим мой облик.

— Да, ваша милость.

— А также я официально предупреждаю братьев Райога, которых вы представляете в Чернотопье, что намерен призвать армию демонов для поиска и уничтожения этого чудовища.

Клирик задумчиво на меня посмотрел, затем перевел взгляд на Ченгера. Тот ухмыльнулся, как он делал всегда, предвкушая пиршество, и высунул длинный раздвоенный язык.

— Старшим над ними будет Ченгер, он останется в Чернотопье и будет заниматься этим вопросом. От вас, брат Курт, требуется полное содействие. Густав обеспечит порядок в баронстве по своей должности.

— Я обязан напомнить, ваша милость, что подобное поведение может стать причиной массовых жертв, — твердо произнес клирик.

— Я прекрасно знаю свои возможности, брат Курт. Орден любезно согласился оплатить все расходы, когда мы добьемся успеха. Но это мы с вами знаем, что послушные мне демоны — не навредят. Как представитель братства, вы объясните это жителям Чернотопья. И я очень надеюсь, что донесете правильно. Мои демоны работают на меня и подчиняются мне. Призывать больше, чем нам будет необходимо, я не стану.

Брат Курт вновь проявил свой характер. Хотя, признаться, другого бы ко мне и не послали. Все-таки присматривать за бароном древней крови абы кого не назначат. И пусть он не во всем мог мне оказать сопротивление, но, полагаю, в случае необходимости найдет способ уничтожить темного чародея, обезумевшего от собственной силы.

— И вы готовы поклясться своей силой, что сумеете их удержать под контролем, ваша милость? — спросил он.

Я спокойно кивнул. Звать всех подряд мне действительно не нужно, а те, кто придет, уже со мной работали и прекрасно понимают свою выгоду. Не все, конечно, среди тех, кто прибыл под стены Фолкбурга, могут похвастаться таким благоразумием, однако сумасшедших маньяков я звать и не собираюсь. Но парочка деятелей, достаточно адекватных, как тот же Индарг, с которыми можно договориться, у меня на примете имеется.

— В любой момент, брат Курт, — озвучил свой ответ я. — Густав!

— Да, ваша милость? — отозвался глава стражи.

— Распредели людей по деревням, кроме Лесной, — кивнул ему, чуть придерживая гончую, чтобы не бежала слишком быстро. — Здесь безопасность обеспечат люди ордена, в других поселениях нужно будет следить за порядком. Не хочу, чтобы народ решил, будто приход демонов — повод для мятежа.

— Будет сделано, ваша милость, — откликнулся Густав.

— Ченгер…

— Я с тобой к Блэкландам не еду? — уточнил он усмехаясь. — Опять все веселье без меня.

— На тебе управление призванными. И охота. Если получится сохранить труп чудовища — хорошо, нет — я не расстроюсь.

Ченгер спорить не стал, спокойно кивнул, совсем не походя на себя обычного. И, сдается мне, дело в том, что тут оказалась замешана его ведьма. Вряд ли высший демон страданий стал бы так переживать по поводу очередного врага, если бы тот не заявился к травнице в гости.

Разумеется, ни о какой романтике речи не идет. Ведьма заключила с демоном договор и теперь подпитывает его, сама этого не замечая. Но существует и обратная сторона, как и в моем случае — Ченгер должен в некоторой степени защищать ведьму, не переходя, само собой, разумных границ.

Такие истории дурно кончаются, но только те, которые получили огласку. Большинство таких ведьм прекрасно живут, не особо выделяясь среди других людей, и тихо умирают, когда сущность, с которой заключен контракт, выжимает из человека последние соки. Просто в памяти людской остаются самые громкие и кровавые случаи, но на деле — это исключение из правил.

— Ваша милость, клятва, — снова напомнил о себе Курт.

Я мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Вот так бы не стал брать с собой священника и просто начал действовать, не оглядываясь ни на кого. И получил бы в итоге славу одержимого, который резко сошел с ума и в одну ночь устроил прорыв на собственной земле ради мифического поиска не менее мифического двойника. Даже в мире, насквозь пропитанном магией, мало кто поверил бы мне на слово.