— Слезь с моей койки, скотина, — прошипел Кузя, но я не пошевелился.

— Где твой сосед? — спросил я, наваливаясь на бывшего однокашника еще сильнее.

— Сава, твою мать, мне больно! — пропыхтел Кузя, пытаясь отодвинуться. У него не получалось, потому что с другой стороны от меня была стена, в которую Кузя упирался.

— Кузя, не беси меня, где Громов? — повторил я, проговаривая каждое слово.

— В сортире, я что, по-твоему, должен его постоянно караулить? — возмущенное пыхтение Кузи из-за спины слегка повысило настроение. — Ну и здоровый же ты стал, Сава. Эльза явно на твоей жратве не экономит.

— А для чего, я, по-твоему, оставил тебя здесь? Чтобы ты приглядывал за нашим спасителем империи, ведь, я погляжу, ты вполне уже выздоровел, да заматерел на больничных харчах, раз так успешно сопротивляешься моей грубой силе, — я хмыкнул и одним движением встал на ноги, после чего медленно повернулся к старому другу, единственному, надо сказать, кто был со мной в то время, когда я только-только начал адаптироваться в этом мире.

— Я выздоровел достаточно для того, чтобы быть вышвырнутым отсюда, для дальнейшего долечивания дома. Что со мной и собираются сделать не слишком добрые медики завтра поутру. — Кузя сел и потер грудь, видимо, ранения все еще доставляли ему неудобства. — Ты случайно не знаешь, чем эти уроды пули обрабатывают?

— Случайно знаю, и даже сам пользуюсь, — я вздохнул, проигнорировав выжидательный взгляд Кузи, и посмотрел в сторону двери, ведущей к сортиру. — Громов! Ты там в канализацию слился?!

— Я, конечно, с великой терпимостью отношусь к чужим фантазиям, но ваши, Виталий Владимирович, ставят меня иной раз в тупик, — ханжески заявил Громов, появляясь из санитарной комнаты сразу же, после моих воплей. — Чем я обязан лицезреть вас?

— Да вот, понимаешь ли, хотел полюбоваться на реализацию своих извращенных фантазий, но ты, Громов, меня обломил, в общем-то, все как обычно, — я не без удовольствия смотрел на то, как меняется выражение его лица с брезгливого на кислое, словно он только что раскусил лимон.

— Я не понимаю, почему вы ко мне постоянно придираетесь, — он выпятил нижнюю губу, и мое желание зарядить ему в табло начинало становиться навязчивым.

— Просто прими это за данность, ты все равно не поймешь, даже, если я тут перед тобой сейчас начну расшаркиваться и пытаться что-то объяснить, — прервал я его стенания. — Значит так, братцы-кролики, слушаем новую вводную. Ситуация в Империи начала выходить из-под контроля стремительными темпами, к тому же, лидер вашего общего сопротивления, Олег Волков, благополучно свалил в тот самый момент, когда я так сильно хотел поговорить с ним по душам. Кстати, может быть, вы уже объясните мне убогому, против чего вы сопротивляетесь и какие можете предложить альтернативы? — Кузя с Громовым промолчали, переглянувшись, видимо, тоже не сочли нужным мне что-то доказывать в связи невозможности доказать. — Ну да ладно, как-нибудь в более спокойной обстановке сяду и постараюсь вникнуть в ваши стенания. А сейчас, я хочу напомнить, если кто не в курсе, но вот, например, Кузя — самый что ни на есть одаренный, а это идет немного в разрез с твоими призывами, Громов. И я, хоть убей, не понимаю, что Кузя нашел при этом в этих призывах правильного, а, Кузя, я тебе этот вопрос год назад задавал и теперь задаю, что ты мне сможешь на него ответить?

— Да пошел ты, козел, — зло буркнул Кузя.

— Свинья неблагодарная, — парировал я, снова поворачиваясь к Громову. — Еще раз повторю, Олег Волков сбежал, причем, будучи весьма сильным магом, как оказалось, сбежал он с помощью индивидуального телепорта. Не надо так на меня смотреть, эту штуку один весьма далекий от адекватности ученый уже давно разработал, и теперь с помощью одного весьма талантливого парня доводит до совершенства, — я поморщился, и помахал рукой перед их мордами, пытаясь вернуть с небес на землю. — Кстати, ваш лидер тоже не обычный человек и может взмахом руки превратить какого-нибудь неугодного в нечто малоаппетитное и жутко воняющее. Ну, это я к вопросу о призывах и общих ваших оппозиционных идеях, которые еще больше ставят меня в тупик своей элементарной нелогичностью. Короче, ситуация складывается аховая, мы просто не успеем всех причастных из твоего списка, Кузя, взять. А ведь список этот видится мне не полным и не до конца проработанным, из чего следует, что есть еще группа или группы лиц, о которых мы даже не подозреваем. И из всего этого следует, что мы не сможем остановить массовые выступления, которые все равно подавим, но, в отсутствии императора это может быть связано с гораздо большими жертвами среди простых обывателей, которые повелись на путанные речи провокаторов и таких как ты, Громов, как нимфетка на конфетку.

— Ну у вас и сравнения, Виталий Владимирович, — Громов держался подчеркнуто вежливо. Не хотел, собачий сын, чтобы я его по зад выпнул на улицу в то время, как там через порталы Волков скачет.

— Нормальные у меня сравнения — в обоих этих случаях, поведшихся просто отымеют в весьма циничной форме, и если во втором случае еще есть призрачная надежда получить крохи удовольствия, то в первом увы и ах, конец всегда весьма печален, — жестко прервал я его попытки достучаться до такого дубового солдафона, каким по мнению Громова я и являлся. — Но ты можешь думать так, как хочешь. Главное, чтобы в тот момент, когда ты открываешь рот, из него доносилось то, что будет необходимо мне. И сейчас ты, вместе с твоим слегка умственно неполноценным почитателем, — Кузя при этих словах скривился, но промолчал, — выйдешь в эфир и будешь вещать так долго, как это будет необходимо, чтобы градус настроя граждан, желающих пойти и побунтовать, снизился к минусовому уровню. Мне плевать, как ты это сделаешь и что скажешь. Можешь сказать, что на тебя навалилось озарение или что зеленые человечки с Альфа-Центавра тебя предупредили о том, что как раз в назначенный день ожидаются осадки в виде крупных метеоритов, а по самым достоверным данным стало известно, что император Фридрих желает нанести визит в Империю, чтобы посетить Совет Кланов… Придумай что-нибудь, ты прекрасно умеешь сочинять сказки и подсовывать конфетки облапошенным детишкам. Кузя, ты понял, что нужно делать? — Кузя сосредоточенно кивнул, а я повернулся снова к Громову. — И ни дай бог, ляпнешь что-нибудь лишнее. Я сразу же сниму охрану и найду способ сообщить Волкову, где ты находишься. А учитывая, как охраняется сама клиника… думаю, вам будет интересно вдвоем.

— Что делать после окончания вещания? — деловито поинтересовался Кузя, уже начавший драпировать стену зеленой тряпкой, используя при этом свой дар воздуха.

— Если все пойдет нормально, то сразу после окончания эфира, охрана у двери перевезет вас в самое защищенное место, наверное, во всей империи, если не во всем мире, — что в общем-то соответствовало правде, попасть за янтарный купол можно было только в одном случае — при предательстве. Но я все же надеюсь, что до этого не дойдет. — Там будет медик, и даже подозреваю именно тот, кто тебя, Кузя, на ноги ставил, так что, если вам все еще нужна будет медицинская помощь, то вы ее получите. Когда закончите, свистните охранникам, я их сейчас проинструктирую. Вроде бы все.

— Сава, — Кузя окликнул меня уже на выходе из палаты. — Все так плохо?

— Вообще-то, этот вопрос необходимо задавать все-таки тебе, если ты, конечно, понимаешь, как масштабная акция может волной прокатиться по тем, кто соблюдал нейтралитет, и не все они присоединятся к вашим призывам, особенно, если потеряют кого-то дорогого и близкого, потому что ни один массовый протест и теракт не может пройти без жертв обычного мирного населения, ведь ради этих жертв все и начинается, не так ли? А без жертв, что это за акция? Так, дерьмовенькая акция, не показательная, без огонька. На такую только плюнуть и растереть, а Олежка такие усилия во все это вложил, что обидно ему будет, если просто плюнуть, так что жертвы будут, не сомневайся. Мы аккуратно сработаем, так они сами эти жертвы обеспечат, делов-то, парочку придурков приземлить. — Довольно серьезно пояснил я, чтобы хоть немного, но дошло до того же Кузи, который смотрел на меня исподлобья, видимо, не до конца он все же понимал, что такое революция, и как гибель какого-нибудь ребенка, чисто случайно оказавшегося в эпицентре разборок, может всколыхнуть всю империю, до этого уже обработанной такими, как Громов. Ну, дай бог и не узнает. — Где планируется проводиться основная акция, Кузя?