Калган положил руку Пагу на плечо.

– Многие дворянские семьи имеют не одну связь между собой. Пятиюродные и шестиюродные братья и сестры женятся по политическим причинами и снова делают родство ближе. Сомневаюсь, что на Востоке есть хоть одна дворянская семья, которая не может заявить, что каким-то образом состоит в родстве с короной, хоть и в очень отдаленном.

Они вернулись к столу и Паг откусил кусочек сыра.

– Король, кажется, в хорошем настроении, - сказал он, осторожно приближаясь к тому, что у них всех было на уме.

Калгана, видно, порадовала осмотрительность Пага, потому что, покинув Саладор, Боррик предостерег их относительно слов герцога Кера. И закончил он наставление старой присказкой: "В коридорах власти нет секретов, и даже у стен есть уши."

– Наш монарх - человек настроения; будем надеяться, он останется в хорошем, услышав новости отца.

Полдень медленно прошел, они ожидали вестей от герцога. Когда тени значительно удлинились, в дверях внезапно появился Боррик. Он подошел к ним с тревогой в глазах.

– Его величество большую часть дня объяснял мне свои планы по переустройству Королевства.

– Ты рассказал ему о цурани?
– спросил Арута.

Герцог кивнул.

– Он выслушал и спокойно сообщил, что подумает об этом. Мы снова поговорим через день, или где-то так. Это все, что он сказал.

– По крайней мере, он, похоже, был в хорошем настроении, - сказал Калган.

Боррик взглянул на своего старого советника.

– Боюсь, слишком хорошем. Я ожидал каких-то признаков встревоженности. Я не скачу через все Королевство из-за пустяков, но он, казалось, остался равнодушным к тому, что я ему рассказал.

– Мы и так уже подзадержались в этом путешествии, - озабоченно сказал Калган.
– Будем надеяться, его величество не будет очень долго думать, что делать.

Боррик тяжело опустился на стул и потянулся за стаканом вина.

– Будем надеяться.

ПАГ ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ дверь в личные апартаменты короля. От предчувствий во рту у него было сухо. Через несколько минут ему предстояла беседа с королем Родриком, и он волновался из-за того, что останется с правителем Королевства наедине. Каждый раз, когда он был рядом с другими могущественными вельможами, он прятался в тени герцога или его сына, выходя вперед только чтобы кратко рассказать все, что он знал о цурани, после чего мог снова исчезнуть на фоне. Теперь он был единственным гостем самого могущественного человека к северу от Империи Великой Кеши.

Слуга провел его через дверь, ведущую на личный балкон короля. Вдоль стен открытой веранды стояло несколько слуг, а король занял уединенный стол из резного мрамора под большим навесом.

На улице было ясно. Весна наступала раньше, как и зима до нее, и обдувающий воздух был чуть теплым. Под балконом, за изгородями и каменными стенами виден был город Рилланон и море вдалеке. Разноцветные крыши ярко сверкали на солнце: последние снега окончательно растаяли за последние четыре дня. Корабли вплывали в гавань и выплывали из нее, а улицы кишели горожанами. Едва различимые крики купцов и торговцев, заглушающие уличный шум, поднимались вверх, туда, где король принимал дневную трапезу, чтобы стать тихим гулом голосов.

Паг приблизился к столу, и слуга выдвинул стул. Король повернулся.

– А! Сквайр Паг, пожалуйста, садись, - Паг начал кланяться, но король сказал:

– Хватит. Я не настаиваю на формальностях, когда обедаю с другом.

Паг, смутившись, помедлил, после чего сказал:

– Вы оказываете мне честь, ваше величество.

Родрик махнул рукой.

– Я помню, каково это, быть мальчишкой среди мужчин. Когда я был чуть старше тебя, я принял корону. До тех пор я был всего лишь сыном своего отца, - его глаза на миг как-бы взглянули куда-то вдаль.
– Принцем, конечно, но все-таки лишь мальчишкой. Мое мнение ни во что не ставилось, и я никогда не удовлетворял ожиданий моего отца, ни в охоте, ни в верховой езде, ни в мореходстве, ни в фехтовании. Меня много пороли наставники, в том числе, и Келдрик. Это все изменилось, когда я стал королем, но я все еще помню, как это было, - он повернулся к Пагу, взгляд вдаль исчез, и он улыбнулся.
– И я хочу, чтобы мы были друзьями, - он снова посмотрел вдаль. Ни у кого не может быть слишком много друзей, не так ли? А раз я король, то многие заявляют, что они мои друзья, но не являются ими, - он помолчал немного и снова вышел из задумчивости.
– Что ты думаешь о моем городе?

– Я никогда не видел ничего подобного, ваше величество. Он чудесен, ответил Паг.

Родрик оглядел открывающийся им вид.

– Да, так и есть, не так ли?
– он махнул рукой, и слуга налил вина в хрустальные кубки. Паг глотнул из своего. У него еще не развился вкус вин, но это он нашел очень хорошим, легким, сохраняющим аромат винограда, с легким привкусом пряности.

– Я очень старался сделать Рилланон чудесным местом для тех, кто живет тут, - сказал Родрик.
– Когда-нибудь все города Королевства будут так же прекрасны, везде, куда ни кинешь взор, будет красота. Чтобы сделать это, понадобится сотня человеческих жизней, я могу лишь задать узор, пример для тех, кто следом за мной будет подражать мне. Но где я нахожу кирпич, я оставляю мрамор. И те, кто увидит это, будут знать, что это - мое наследие.

Король говорил немного несвязно, так что Паг понял не все, что он говорил о зданиях, садах и убирании уродства с глаз долой. Внезапно король сменил тему.

– Расскажи, как ты убил троллей.

Паг рассказал ему. Король, казалось, взвешивал каждое слово.

– Удивительная история. Она лучше тех версий, что достигли двора, потому что, хоть она и наполовину не такая героическая, она вдвое больше впечатляет, потому что это правда. У тебя отважное сердце, сквайр Паг.

– Спасибо, ваше величество.