– Передайте своему господину, что Боррик, герцог Крайдийский, приближается к городу и хотел бы воспользоваться гостеприимством лорда Кера.

Капитан был поражен. Заикаясь, он произнес:

– Мои извинения, ваша светлость. Я и не предполагал... Знамени не было...

– Мы оставили его в лесу, через который проезжали, - сухо сказал Арута.

Капитан смутился.

– Милорд?

– Ничего, капитан, - ответил Боррик.
– Просто передайте господину.

Капитан отдал честь.

– Есть, ваша светлость, - он развернул лошадь и махнул рукой одному из всадников, чтобы тот подъехал. Капитан отдал ему приказ, и тот пришпорил свою лошадь в сторону города и вскоре скрылся из виду.

Капитан вернулся к герцогу.

– Если позволите, ваша светлость, мои люди в вашем распоряжении.

Герцог взглянул на уставших от путешествия крондорцев. Они все явно наслаждались смущением капитана.

– Думаю, тридцать воинов достаточно, капитан. Саладорская городская стража славится тем, что не пускает разбойников в окрестности города.

Капитан, не поняв, что над ним насмехаются, сразу заважничал.

– Благодарю, ваша светлость.

– Вы и ваши люди можете вернуться к патрулированию.

Капитан снова отдал честь и вернулся к своим солдатам. Он прокричал приказ тронуться и колонна стражей прошествовала мимо герцогского отряда. Капитан скомандовал отдать честь, и пики наклонились в сторону герцога. Герцог ответил на приветствие ленивым движением руки, и, когда стражники проехали, сказал:

– Хватит этих глупостей. Поехали в Саладор.

Арута рассмеялся.

– Отец, нам нужны на Западе такие люди.

Боррик повернулся.

– А? Как это?

Лошади тронулись, и Арута ответил:

– Чтобы полировать щиты и чистить сапоги.

Герцог улыбнулся, а крондорцы рассмеялись.

Западные солдаты свысока смотрели на солдат Востока. На Востоке установился мир еще задолго то того, как Запад начал экспансию Королевства, и в Восточной Области было мало неприятностей, требующих военного искусства. Гвардейцы принца Крондорского были испытанные в бою ветераны, в то время как саладорский гарнизон, как считали солдаты Запада, лучше всего служил на параде.

Вскоре они заметили признаки того, что приближается город: обработанная земля, деревни, придорожные таверны и телеги, нагруженные товаром на продажу. К закату они уже видели вдали стены Саладора.

Когда они вошли в город, их ожидала вся рота личной гвардии герцога Кера, выстроившись вдоль улицы до самого дворца. Как и в Крондоре, замка здесь не было, потому что нужда в нем отпала, когда окрестные земли стали цивилизованными.

Проезжая по городу, Паг понял, насколько все-таки Крайди был приграничным городом. Несмотря на свою политическую силу, герцог Боррик все-таки был лордом приграничной провинции.

На улицах стояли горожане и глазели на западного герцога с дикой границы у Дальнего Побережья. Некоторые громко приветствовали их, потому что шествие было похоже на парад, но большинство стояли тихо, разочарованные тем, что герцог и его свита выглядят так же, как другие люди, а не как промокшие насквозь кровью варвары.

Когда они дошли до дворца, выбежали слуги и приняли у них лошадей. Дворцовый стражник показал солдатам из Крондора казармы, где они могли отдохнуть, прежде чем вернуться в город принца. Другой, с капитанским знаком отличия на форме, повел герцога со свитой по ступеням внутрь здания.

Паг изумленно глядел на все, потому что дворец был даже больше, чем дворец принца в Крондоре. Они прошли через несколько внешних комнат и попали во внутренний двор. Фонтаны и деревья украшали сад, за которым и стоял центральный дворец. Паг понял, что здание, по которому они только что прошли было всего лишь одним из вспомогательных, окружающих жилые апартаменты герцога. Он гадал, зачем же лорду Керу столько построек и такой огромный штат прислуги. Они прошли сад и поднялись еще по нескольким лестницам к главному входу в центральный дворец. Когда-то он, похоже, был цитаделью, защищающей окружающий ее городок, но Паг не мог вообразить ее такой, как она была несколько веков назад, потому что многократные реконструкции за многие годы превратили древний замок в сверкающее сооружение из стекла и мрамора.

Камергер герцога Кера, высушенный быстроглазый старик, знал каждого хоть сколько-нибудь значительного вельможу - от границы с Кешью на юге до Тир-Сога на севере - в лицо. Его память на лица и факты часто спасала герцога Кера от затруднений. К тому времени как Боррик поднялся по широкой лестнице со двора, камергер уже снабдил Кера несколькими фактами о герцоге и быстрой оценкой того, сколько требуется лести.

Герцог Кер пожал Боррику руку.

– А, лорд Боррик, вы оказываете мне большую честь своим неожиданным визитом. Если бы вы сообщили мне о своем прибытии, я бы приготовил более достойный прием.