Я прыгнула между первыми сараями, петляла в зарослях небольшого пролеска. Потом с разбега перемахнула через старый деревянный забор чужого участка.

Я упала носом в кусты крыжовника, немного оцарапав лицо, и огляделась.

Идеально.

Старый дом, заросший двор. Проскользнула к покосившейся будке туалета и скрылась в ней.

Отдышаться я себе не дала. Сняла штаны и кроссовки, скинула верхнюю куртку и вывернула её наизнанку, ярко-жёлтой стороной. Из кармана достала мягкие угги и натянула их на ноги. Алое узкое платье натянула до колен. Разлохматила волосы. В целлофановый пакет с сердечками сложила свои вещи.

Из туалета я вышла яркой девчонкой и, стирая на ходу нарисованные усы, двинулась к калитке.

Шла медленно, открыла калитку, вышла на асфальтированную дорогу под свет уличного фонаря. И спокойно направилась в сторону других домов и магазина, словно в три часа ночи мне срочно нужно что-то купить.

Я даже встретила компанию гопников, одетых именно так, как я десять минут назад. Они свистели мне, начали приставать, а я закричала.

На крики прибежали мои преследователи.

— Помогите!!! — крикнула я им.

Подвыпившие парни меня отпустили, и я, как жертва, метнулась по дороге, даже не оглядываясь, потому что там, за спиной, начались настоящие разборки.

Гордись мной, Кот. У меня третья ступень!

Домой я вернулась в четыре часа утра. Но уснуть не смогла. Отмачивалась в ванне с пеной и морской солью. Меня не волновало ничего, только оплата моего труда.

В шесть часов пришло сообщение от Розы. Она пожелала мне доброго утра и сообщила, что до обеда не сможет мне отвечать, потому что будет занята с документами. И даже Роза меня не привела в чувства.

Только без четверти девять, когда пришло сообщение, что банковский счёт пополнился на приличную сумму, я рассмеялась и довольная ушла спать, отключив звук на телефоне и звонок на входной двери.

***

Я включила телефон и протёрла глаза. Первым делом я читала сообщения от Розы.

Роза: «Ты куда пропала? Почему не отвечаешь? Если что-то случилось, ты обязательно мне рассказывай».

Солнце: «Только проснулась. Доброе утро».

На часах было 15:00. Сейчас кофейку растворимого выпью, мейкап на лицо часа два накладывать буду. А там и Анжелика со своим новым бакланом подкатят.

Андрей: «Солнце, ты не забыла?»

Солнце: «Нет, не забыла. К чёрному входу к восьми вечера».

Андрей: «Ай да умница! С меня лимонад в рисовом стаканчике».

Я сразу же посмотрела, что такое рисовый стаканчик. Оказалось, из него не только можно пить, его можно съесть.

Роза: «Чем ночью занималась?»

Солнце: «Сидела на форуме феминисток. Наша любовь без будущего. Хи-хи)))»

Роза: «Мы не расскажем феминисткам о нашей любви. Я отдала твой номер в агентство недвижимости, должны будут позвонить».

Солнце: «Спасибо тебе! Мне как раз осталось немного, с дома и квартиры хватит!»

Роза: «Скажи мне, на что ты деньги собираешь?»

— Не скажу, — ответила вслух я и начала заправлять кровать, предварительно приоткрыв балконную дверь. Включили отопление, а за окном минус только по ночам. Теперь парилка в квартире, жарко в трусах и майке.

Умываться я шла, шарпая ногами по линолеуму. Водой с запахом ржавчины вымыла лицо и посмотрела на себя в зеркало. Осталось несколько царапин на лице. Совсем крохотных, но я была в это утро белее снега, поэтому розовые бугорки бросались в глаза. Не люблю тональный крем, но видимо, сегодня у меня будет полный спектр макияжа.

После вчерашнего я чувствовала внутри страшную тревогу. Беспокойство не оставляло. То, что произошло, не входило в мои представления о квестах, пусть даже тёмных.

На своей первой шестой ступени я обычно скручивала зеркала с дорогих машин. Самым сложным заданием было вскрыть замок на двери и оставить её открытой. Пользоваться отмычками меня научил дед. И в квесте я, видимо, прославилась как медвежатник, все последующие задания были связаны с открытием замков. И на склад меня наверняка отправили, чтобы я попыталась вскрыть контейнер. А я, как последний лох, забыла отмычки взять с собой. Обрадовалась, что задание дали и денег отвалят. Но Кот, отморозок обезбашенный, взял и устроил настоящую войну.

И от этого мне было страшно.

Мне казалось, что меня посадят за эту выходку. А ещё было стыдно за своё поведение. Потому что до восемнадцати лет я была очень прилежной и хорошей девочкой. Но через «не могу» я шла на это, потому что не было другого выхода. Нет такого фонда, который оплатит лечение моей маме, нет богатого родственника. Да и то, что мы имеем из недвижимости, компенсирует совсем малую часть.

И зачем мне это всё, если мамы не будет?

Еда в холодильнике заканчивалась. Нужно было что-то готовить, а я не умею.