Здесь слишком много плохих воспоминаний, несмотря на новую мебель, новые стены и мою неудачную попытку вдохнуть в них новую жизнь.

Я достаю телефон.

Долго смотрю на номер Лисиной в своей телефонной книге.

Господи, у меня такая пустота в душе, что нет сил даже на ненависть. Но, может, оно и к лучшему. Ей всегда хотелось получить этот дом — большой, красивый и богатый. Для меня в нем слишком много грустного прошлого, которое не хочу тянуть с собой в другую жизнь. Ту, которая началась после самого последнего: «Прощай».

— Что еще ты хочешь?! — орет в трубку Лисина, и мой внутренний голос качает головой, мол, я же предупреждал, что это — не самая подходящая идея. — Мало посмеялась? Хочешь добить?!

— Хочу вернуть вам дом Гарика, — спокойно отвечаю я. — Мне он больше не нужен. Я свяжусь с юристами, они подготовят документы и свяжутся с вами. Надеюсь, вы найдете ему достойное применение.

На том конце связи долгая пауза.

Такая долгая, что я даже поглядываю на экран телефона, чтобы убедиться, что Лисина все еще здесь, а не побежала искать подходящий аукцион. Скорее всего, она продаст дом, чтобы перекрыть долги, но это будет уже не моя ответственность. Гарик хотел, чтобы я шла в новую жизнь, а ее невозможно начать там, где слишком много прошлого.

— Это была его просьба? — не верит Лисина.

Хотя в ее голосе чуть ли не впервые появляется дрожь.

Похожая на слезы.

Ей очень хочется, чтобы он думал о ней и любил, даже если она этого не заслужила. Даже если после всего, что она хотела сделать с его жизнью и его памятью, эту женщину не очистит даже ведьмин костер.

Я могу быть великодушной и дать ей то, что она хочет.

Но тогда это буду не я, а ванильная девочка, которая забудет все, чему ее научила жизнь.

— Нет, это мое личное желание, — без сантиментов, отвечаю я. Даже немного жестко, но какая разница, если мне глубоко плевать? Даже если в этой змее впервые в жизни появились чувства, змеей она от этого быть не перестала. Почувствует слабину — и укусит снова. — Мне не нужен этот дом, я за камни не цепляюсь. Подумайте, как им лучше распорядиться, потому что я не собираюсь разблокировать ваши счета.

Лисина медленно цедит воздух сквозь стиснутые зубы.

— Я знала, что есть какой-то подвох.

Было бы слишком «хэппи-энд», если бы сейчас она разрыдалась и хотя бы попыталась извиниться. Хорошо, что я с самого начала ни на что такое и не рассчитывала.

— Удачи вам, и всего.

Мне правда больше нечего ей сказать.

Остается только найти подходящую для нас с Лисицей квартиру — что-то не пафосное. Но удобное, с хорошим расположением, чтобы не приходилось тратить два часа на дорогу туда и обратно, и проводить это время вместе. Я больше не хочу терять ни одну минуту ее жизни, особенно теперь, когда она становится старше с каждым днем и становится похожа на отца все сильнее и сильнее.

Словно прочитав мои мысли, Дашка сунет ладошку мне в рот, и я отвожу ее руку в сторону, разглядывая пальцы. Конечно, это больше иллюзия, но у нее даже пальцы как у Гарика — тоже ровные и с красивыми овальными ногтями. Наверное, когда будет чуть постарше, нужно отдать ее в музыкальную школу — вдруг, вырастет великой пианисткой или станет русской Ниной Симонн?

— Ма! — выдает громкое Лисица, и я округляю глаза от неожиданности.

— Ма? — переспрашиваю, хватая ее под подмышки, чтобы кружить над головой. — Ну-ка повтори!

Дашка смеется и пускает слюни мне на блузку.

— Ыыыы! — как специально, заливаясь звонким смехом. — Ы!

— Абсолютно неисправимый ребенок! — тоже смеюсь я. — Тебе бы в игру играть на звание Самой упрямой.

Дашка икает, и тянется ко мне ручонками, обнимая за щеки, как будто вдруг очень четко осознает, что мы есть друг у друга — и это больше, чем у многих людей за всю жизнь.

Я беру Дашку на руки, иду в гостиную, открываю ноутбук и нахожу самый разрекламированный и рекомендуемый сайт недвижимости. Мысленно составляю бюджет покупки, количество комнат, расположение, отдаленность станций метро, чтобы рядом была обустроенная сфера услуг, парк, красивый вид на Москва-реку. Хороший детский сад и школа. На всякий случай — детская больница. Минус клубы и рестораны, но хорошие развлекательные центры.

И получается, что выбор не так уж велик.

Особенно с учетом того, что в последний момент вспоминаю свою старую мечту о красивых низких подоконниках, на которых можно будет релаксировать в дождливые осенние дни.

Я всегда хотела жить именно в таком месте.

Мечтала о квартире где-то не ниже десятого этажа, больших окнах и жизни, в которую буду окунаться сразу, как выйду за порог. И кататься на великах в выходные. Научиться танцевать бачату. Встать на коньки.

— А ты хочешь кататься на коньках? — Щекочу Лисицу, и она снова заливисто хохочет, чуть не утаскивая у меня из-под носа компьютерную мышь. — Так, Лесоповал, давай-ка отнесемся к делу серьезнее. А то твоя бабушка нас прямо завтра отсюда и выселит.