Я подошла к её столу. Почему рядом нет стула?

– Так, получается, ты секретарь Влада? Неожиданно.

– Я, кажется, спросила, для чего ты сюда явилась? Влада все равно нет!

– Я уже ответила, – я повертела головой, нашла стул в углу. Ну, что ж, раз мне не предлагают сесть, сама сяду. Я поставила стул напротив неё, спокойно опустилась на край, чтобы сохранить спину в напряжении. – Я пришла к тебе.

– Ко мне? – Она округлила глаза. – Почему ко мне?

– У меня к тебе дело, – я помедлила, собирая всю свою наглость в кулак. Не думала, что это будет так тяжело сделать. Но отступать уже некуда. – Скорее даже предложение.

Алина молчала, вылупившись на меня. Она и правда очень красивая. Я не оценила её по достоинству ни на выставке, ни у себя в кабинете. Но всё в ней гармонировало. Загорелая золотистая кожа соперничала с бронзовым блеском пышных волос. Розовые губки выглядели так же соблазнительно, как и глубокий вырез декольте.

– Так вот, – я достала чековую книжку, – во сколько ты оцениваешь ваши отношения с Владом?

– Что?

– Не делай такое удивленное лицо, – я не знаю, как из моего рта полилась эта грязь. – И не говори, что ты не понимаешь, о чём я. Я задала вполне конкретный вопрос. Назови мне сумму. Сколько будут стоить ваши отношения? В долларах или рублях?

– Да как ты смеешь? – Алина поднялась со стула, чтобы упереться ладонями в стол. – Пошла вон отсюда!

Я решила ещё немного посидеть.

– Вот только давай без драмы, – я скрестила руки на груди, облокотившись на спинку стула. Мне самой стало тяжеловато, будто с каждым сказанным мной словом, на плечи оседает невыносимая тяжесть. – Раз ты работаешь секретарем, значит, не из богатой семьи. Деньги не помешают. А Влад… он все равно женится на мне, – от этой фразы меня саму передернуло. – Ты в любом случае окажешься у разбитого корыта. И если сейчас подумаешь головой, то поймешь, что лучше взять деньги и исчезнуть. Даже если ты его любишь. Тогда тем более. Тебе ведь будет больно смотреть, как он женится на другой.

– Я уже ответила тебе! – взвизгнула Алина. Ну что за привычка? Как можно так надрывать свои гланды? – Убирайся вон!

– Ты не можешь меня выгнать. Это не твой офис. Это офис моего будущего мужа, – фу, гадость какая. – Поэтому… это я могу тебя выгнать. Но, вместо этого, я предлагаю тебе выгодную сделку. Как насчёт миллиона? Рублей, конечно. Не думаю, что ваши отношения стоят больше.

– Ах ты тварь! Как у тебя язык поворачивается говорить такое?

Я шумно выдохнула. Значит, придется потратить больше. Я встала, а то ноги начало покалывать.

– Хорошо, может, тогда три миллиона? – Я выставила вперёд три пальца правой руки. – Подумай хорошенько. Сейчас ты можешь значительно облегчить свою жизнь. Женой Влада тебе все равно не стать. Только любовницей. Не знаю, насколько он будет щедр со своей любовницей. А я предлагаю тебе реальные деньги. Скажи «да», и я прямо сейчас выпишу тебе чек. Пару часов, и ты сможешь обналичить его, и станешь миллионершей.

Лицо Алины сравнялось с цветом её волос. Мне даже показалось, что она сейчас взорвется.

– А теперь послушай меня, сучка бесчеловечная!

Это она мне? Ого!

– Мы с Владом любим друг друга! И нашу любовь не купишь!

– Слишком громкие слова. Не стоит бросаться ими, – я прилагаю всё больше усилий, чтобы остаться равнодушной, хотя бы внешне. Внутри меня давно уже все перевернулось. Я чувствую себя так же мерзко, как выгляжу. Отец гордился бы сейчас мной. Я полностью копирую его. И от этого осознания в голове зажглась и задымила сигарета. – Вы можете любить друг друга сколько угодно. Это ничего не изменит. Бери деньги. Так хоть останешься не у разбитого корыта, когда всё закончится. Наш с ним спектакль только начинается, а для тебя скоро опустится занавес.

– Не нужны мне твои поганые деньги! Я не променяю Влада на деньги! Никогда!

– Ну, как знаешь, – я даже зауважала её в этот момент. Она гневалась так чертовски искренне. Возможно, она действительно его любит. Хотя, может, просто взыграла гордость. – Вот, – я взяла ручку и написала свой номер в уголке первой попавшейся бумажки, – это мой номер. Позвони, когда передумаешь. Три миллиона на дороге просто так не валяются.

Алина заскрипела зубами, а я удалилась, чувствуя, что еще немного, и мои ноги не выдержат их омерзительную хозяйку.

***

– Господи, Мина, скажи, что ты этого не сделала? – Катя со звоном поставила чашку на стол.

Я бы рассмеялась, глядя на выражение лица моей подруги, если бы не хотелось разреветься.

Я только кивнула, закусив губу и зажмурив глаза.

– Как так? Мина! – не унималась Катя, возмущаясь на всё кафе. – Не могу поверить, что ты могла так поступить!

– Катя, успокойся, – я поежилась под любопытными взорами посетителей и осуждающим взглядом подруги.

– Как я могу успокоиться, когда моя лучшая подруга творит такую херню? Ты стремишься стать такой же, как твой отец? Хочешь стать такой же равнодушной, расчётливой, холодной?