Катя захотела представиться, но тут Плёнка громко откашлялся и спросил:

– Кто здесь главный?

Публика явно растерялась.

– Меня зовут Катя, – тихо сказала Катя каким-то не своим голосом. Получилось нелепо.

Толстый мальчик, который привёл Катю и Плёнку, сказал:

– Среди нас главного, наверное, нет, мальчик. Если и есть главный, то он пока не пришёл к нам… Вот вам сейчас Джо, наверное, объяснит.

К Кате подошёл паренёк со странным взглядом. Она решила, что тот слепой.

– Ты красивая, – сказал Джо. – У тебя немного нелепая внешность. Большой нос, крупные зубы. Но ты красивая.

– У Джо странная манера говорить всё, что приходит голову, – пояснил толстый мальчик.

– Ты красивая, как Шейла Джонсон до третьей пластической операции на носу, – сказал Джо.

– Ещё Джо прекрасно разбирается в кино, – пояснил толстяк.

– Мы здесь что? – спросил Плёнка. – Мы здесь об кино разговаривать?

Джо повернулся в его сторону, посмотрев куда-то мимо него.

– А зачем мы здесь? – спросил он.

Плёнка молчал, недоверчиво переводя взгляд с одного лица на другое.

– Тогда я расскажу, – сказал Джо. – Вот Сыр верно сказал: у меня есть странная манера говорить, что пришло в голову. Это такое дурное воспитание. Вообще я единственный сын богатых родителей. Это хреново, хотя мне никто не верит. Особенно хреново в Москве в последние полвека, когда житель Путилкова зарабатывает за месяц столько, сколько стоит час парковки на Сивцевом Вражке. Я преувеличиваю, но не сильно. Ещё я люблю других людей. И тут я не преувеличиваю. Большие компании. Голоса. Шутки. Но у меня их не было. В коттеджном посёлке, где я вырос, мало людей и много изнеженных подонков. Я искал друзей. Школа, университет, клубы, группы по интересам. Но была одна проблема. Я не понимал, что именно нужно людям – я сам или мои деньги. Пытался скрывать, кто я, но это только всё усложняло. Пробовал устраивать вечеринки за свой счёт, но не понимал: люди приходят ко мне или выпить бесплатно? А девушки? Я им нравлюсь? Я? С веснушками и странным взглядом? И с манерой нести всякую херню вслух? Или они хотят подцепить богатого?

В конце концов просто стал платить за общение. Стал говорить: пойдём ко мне, заплачу. Я богат и умею говорить про фильмы Копполы.

Но один раз я встретил робота. И этот робот сказал: «Прекрати покупать друзей».

– Как он догадался? – спросила Катя.

Джо улыбнулся.

– Не знаю. Никто из нас не знает. Но каждому из нас он смог заглянуть в душу. Вот так я попал в библиотеку.

– Он назначил тебе встречу? – спросила Катя.

– И пообещал научить дружить. Но не явился. Сперва я подумал, что это розыгрыш. «Может, робот имел в виду, что ответ в книгах?» – подумал я. И стал читать. Пока не встретил Аню. Аня ходила по библиотеке с потерянным видом. Так я понял, что не один. И мы стали собираться вместе и приглашать в нашу компанию тех, кого робот отправлял в библиотеку.

– Но робот… вы видели его с тех пор? – Катя почувствовала, что вот-вот у неё найдётся разгадка.

– Нет. Каждый встречает его только один раз. Его нельзя найти и переспросить. Но можно воспользоваться шансом, который он тебе даёт.

– И что? И всё? – спросил Плёнка. – Вы тут встречаетесь типа в клубе?

– Да, это всё, – просто сказал Джо.

– Я верю, что это посланник свыше, – вдруг сказала одна девушка с нервным лицом. – Мы должны собраться, как осколки зеркала. Мы подходим друг к другу. Когда-нибудь мы сложимся во что-то прекрасное. В новую силу.

– А я верю, что Галя несёт религиозную чушь, – сказал Джо. – Робот, конечно, загадочный, это да. Даже не знаю, что думать. В высшие силы я не верю. Мне тут видится тонкий социальный инжиниринг. С чем трудно спорить – так это с тем, что каждый пришёл в библиотеку не от хорошей жизни. Мы… как это? Square pegs in round holes? Квадратные в круглом? Те, кто не подходит. Те, кого не устраивает этот мир. Те, кто хочет его менять. Но не знает, как. Робот находит нас и даёт толчок.

– Даёт нам веру, – сказала Галя.

– Ну хотя бы веру в себя, – примирительно сказал Джо.

Плёнка хмыкнул и сунул руки в карманы. Его явно не впечатлил рассказ Джо. Тот обратил на него свой полурасфокусированный взгляд.

– Плёнка, ну расскажи, – попросила Катя. – Ты-то не друзей искал, верно? Может, ребята помогут.

Плёнка отодвинулся и засунул руки в карманы ещё глубже, как будто у него попросили взаймы.

– Тогда я расскажу, – сказала Катя. – Плёнка не так давно…

– Нет, – Джо поднял руку в сторону Катиного голоса, продолжая смотреть сквозь Плёнку. – У нас есть правило. Каждый рассказывает свою историю сам. Если хочет.

– Да чё. Слушайте. Она вон знает, – Плёнка показал подбородком на Катю. – В моей школе все знают. Два года назад… я украл у бати амфетамины. Нанюхался. Ну. Сел в машину батину. Захотел покататься. И задавил свою сестрёнку насмерть. За ворота выезжал пока. Вот. Судили. Дали условный. А на той неделе этот робот. Я у него мелочи хотел попросить. Ну знаете, подходишь к роботу, который явно, ну знаете…

– Нет, не знаем, – сказала Катя, – правда.

– Ну который явно наркоту тащит. Кто в теме, тот заметит. И просишь у него так… ну, не сильно много. Если жмётся, то говоришь ему, что сдашь патрульному. И он точно даёт денег. Так вот. Я рта не успел открыть, а он…