Я киваю. Если буду отнекиваться, она снова пристанет с расспросами. А я уже догадываюсь, что Питер специально послал Брук за заказом. Он хочет поговорить со мной. Наедине. Тет-а-тет.

– Отлично. А тебе, Питер, как всегда? Латте с грецким орехом?

– Да, солнце.

От всех этих нежностей мне все хуже и хуже, даже тошнота подступает к горлу. Я не могу вообразить, как Брук могла умудриться познакомиться с Грином, подпустить к себе и уж тем более влюбиться!

– Как давно мы не виделись, Джи? Год? Два?

Я ощущаю холод. Мне настолько зябко от взгляда Питера, что сводит зубы. Я не могу справиться с собой. Мысленно твержу себе: он ничего не сможет сделать. Но страх оказывается сильнее. Он берет надо мной верх, и я вновь загоняю себя в угол.

Мне стоит на секунду прикрыть глаза, как воспоминания встают поперек горла, лишая кислорода.

На футбольном поле множество парней, и я отчаянно пытаюсь взглядом найти Дарена. Мы договорились встретиться после его тренировки. Как назло, яркое солнце слепит глаза, из-за чего я прищуриваюсь. Иду, прикрывая рукой глаза, практически ничего не видя. Спустя пару секунд чувствую сильный толчок и практически падаю на игрока из клуба Дарена. Он явно недоволен тем, что я свалила нас на дорожку для бега. Стоит сказать, что лицо парня даже побагровело, и не только от физических упражнений, но и от злости. Еще никогда в жизни я не встречала такого гневного взгляда в свою сторону.

– Извини, – шепчу я и незамедлительно вскакиваю.

– Жирдяйка, – кидает он мне, – следи за своими колбасками.

Я утопаю в боли. Сердце бьется настолько сильно, что складывается ощущение, словно еще немного, и я упаду на эту землю окончательно, невозвратно и бесповоротно.

– Я же извинилась.

– Да мне плевать. Тупая корова.

У него явно плохое настроение, и он делает мне больно, чтобы поднять его. Не отвечаю, потому что слов не хватает. Бесполезно, я не справлюсь с ним.

– Эй! Повтори, Питер! – Дарен здесь.

Он окликает этого придурка и подходит вплотную. Дарен возвышается над игроком, благо его рост позволяет. Впрочем, дело не только в росте. Уверена, Дарен выше его во всем.

– Что, Дарен? – Питер уже не такой храбрый. Он держит язык за зубами.

Мне легче. Намного легче. Я в безопасности. Дарен не позволит ему меня обидеть.

– Извинись перед ней, Питер, – произносит он четко и ясно.

От уверенной речи Дарена мне хочется улыбнуться. Сейчас он поставит его на место.

– Ты сдурел? – Питер идет вперед, намеренно задевая плечо друга.

Дарен не оставит это так, это не в его стиле. Он поначалу громко смеется, а затем с размаху бьет Питера по лицу. Я охаю громче всех ожиданий. Удар приходится по носу, и парень отлетает назад, падая на задницу. Так ему и надо, он заслужил.

– Извиняйся! – Дарен не мямлит, он указывает.

– Я не буду этого делать. Эта слепая свалила меня.

Дарен не выдерживает. Подходит к нему и бьет еще раз, но уже в глаз. И я догадываюсь, с каким синяком завтра проснется Питер.

– Ладно! – Питер корчится от боли.

Кровь хлещет из его носа, и мне неприятно на него смотреть. Дарен оглядывает меня и убеждается в том, что все в порядке. Он ждет от Питера заветных слов.

– Извини.

Что ж, я дождалась извинений. В душе разливается спокойствие. Если бы Дарен не оказался рядом, то не знаю, какой был бы исход из этой несуразной ситуации. Я ведь правда не видела Питера, когда шла, столкновение получилось совершенно случайным.

– Проваливай, Грин. И больше не подходи к Джит.

Я обнимаю Дарена. Утыкаюсь носом ему в грудь и прикрываю глаза, наслаждаясь моментом. Я так горда им. И так разочарована собой… Сколько еще нелепых ситуаций должно произойти, чтобы это окончательно прекратилось? И как долго Дарен будет их терпеть?

Я возвращаюсь в реальность. Пока не пришла Брук, мне необходимо сказать несколько слов Грину. Я должна сделать все, что в моих силах, чтобы обезопасить Брук от этого придурка. В противном же случае… даже страшно подумать.

– Держись подальше от Брук, Питер. За нее я порву любого. – Стараюсь выглядеть как можно более серьезной и сосредоточенной.

Моя речь не производит на него никакого впечатления, однако я продолжаю. Он скалится. Смех Питера раздается у меня в голове, в висках начинает стучать. Еще чуть-чуть, и все это доведет меня до панической атаки.