– Ничего не получится, – сказал он. – Ты легко можешь собрать средства на одну партию продовольствия. Я сам пожертвую несколько тысяч. У Дэйва Руффорда на счету миллионы, и он не знает, что с ними делать. Если ты готова выслушать нытье Джулиана, он отдаст хоть последнюю рубашку. У Билла Бонэма вообще крыша поехала. Достаточно сказать, что, помогая голодающим, он облагородит карму, и ты получишь чек на любую сумму. Сколько тебе нужно?

– Нужны не только деньги на еду, но и грузовой самолет. Чтобы найти финансирующую организацию, необходимо привлечь внимание общественности. Помощь нужна не только моему лагерю. Я хочу объяснить причины кризиса, чтобы подобное больше не повторилось. Мне не нужна очередная слезливая история.

– Ты звонила в газеты?

– Сегодня была в редакции “Таймс”, но мне сказали, что голодающие нынче не в моде.

– Ты была в редакции “Сегодня”?

– Нет. Я сказала, что была в “Таймс” сегодня.

– Нужно попробовать попасть на страницы таблоидов. Я замолвлю за тебя словечко в “Ньюс”. Можно раздуть такой скандал! “Ангел милосердия выкручивает руки бывшему любовнику, чтобы помочь голодающим”.

– Хватит, Оливер, – сердито произнесла я.

– Отличная история, и фотографии можно сделать. Ну-ка, расстегни верхнюю пуговку.

Я бросила на него уничтожающий взгляд.

– Извини, извини. Я просто издеваюсь.

– Не надо.

– Ты действительно изменилась, Рози? – уничижительным тоном спросил он.

– Да.

– Слушай. Я не могу тебе помочь. Идея хорошая, но неосуществимая. Нельзя просто запихнуть десяток кинозвезд в студию и ждать, что из этого выйдет.

– Я и не говорю, что все будет так. Мы всё тщательно продумаем. Поэтому мне и нужна твоя помощь, офис, квалифицированный персонал.

– Ничего не выйдет. Что я могу сказать? – Он театрально воздел руки и уронил их на колени.

– Мог хотя бы пообещать помочь. Оливер, я знаю, ты хороший человек.

– Я в этой телекомпании новичок и не могу носиться с безумными и заведомо провальными идеями.

– Оливер, я понимаю, как это трудно, но прошу тебя, попробуй. Хотя бы на минуту задумайся о том, что в мире есть вещи важнее твоей карьеры. – Я встала. – В одиночку мне не справиться, но, если ты мне не поможешь, я найду кого-нибудь еще. Я добьюсь своего. Вот увидишь.

Вот и отлично, больше никакого давления, нужно просто уйти. Я взяла сумочку и пошла к двери.

– В любом случае спасибо, что выслушал меня. Очень любезно с твоей стороны. Может, увидимся еще через пару лет. Пока.

Что вы думаете – только я вошла в квартиру, как на автоответчике замигала красная лампочка.

– Рози, привет, это Оливер. – Великолепно, великолепно. – Послушай, если тебе все еще нужна моя помощь, я буду в “Граучо” в восемь часов. Может, увидимся.

Я плюхнулась в кресло и вздохнула. Слава богу.

– Баррри! – рявкнул Динсдейл через всю комнату, как обезумевшая слониха. Отличное начало.

– Барри, скажи, ты будешь вести собрание? Я этого не вынесу. Я так хочу быть председателем. Сгораю от желания. Умираю.

– Заткнись, старый козел, ради бога, заткнись. Ты прекрасно знаешь, кто ведет собрание. Где чертова выпивка? Вот что я хотел бы знать. Безумие какое-то.

Если уж Оливер решил действовать, он действовал. Всего через пять дней с тех пор, как я встретилась с Оливером в “Граучо”, в конференц-зале “Кэпитал Дейли Телевижн” собралось более дюжины знаменитостей – Клуб в ключевом составе плюс два-три специальных гостя. Эдвина Роупер и бородатые пресс-атташе из “Содействия” образовали небольшой кружок с Оливером, Вики Спанки и Джулианом. На Вики был жакет цвета хаки в стиле “милитари” и остроконечная каска, увенчанная серпом и молотом.

Оливер излучал обаяние и с покровительственным видом расхаживал по комнате, настраивая гостей на нужный лад. Разговаривая с Эдвиной Роупер, он прикасался к ее руке и смотрел на нее так, будто она была самым интересным человеком в мире. Эдвина была очарована – она слегка покраснела и кокетливо поднесла руку к горлу.

Ирландский актер Лайам Доил и еще трое актеров из Королевской Шекспировской труппы стояли поодаль тесным кружком. Билл Бонам уже сидел за столом и колдовал что-то себе под нос – очевидно, повторял свою мантру. Раджив Шастри и его друзья тихо и раздраженно разговаривали, то и дело стреляя глазами по сторонам. За ними Коринна Борге-зе отчитывала персонал “Фокуса”. Дэйв Руффорд, экс-рок-звезда с миллионами на счету, показывал всем фотографии своего пятилетнего сына Макса. Макс восседал верхом на шотландском пони, облаченный в костюмчик для охоты на лис.

Я разговаривала с Найджелом Хоггартом, очень опрятным молодым человеком в сером костюме. Найджел представлял “Серкл Лайн Карго”, компанию по грузовым перевозкам, которая готова была бесплатно доставить первую партию продовольствия в обмен на хорошую рекламу.

В дверях послышалась возня, и влетела Кейт Форчун, сопровождаемая няней, младенцем и двумя помощницами. Она бросилась через комнату и прямо-таки упала на Оливера, откинув волосы в глаза Барри, который намеревался поздороваться.