Шрифт:
Она была права, и я это знала.
— Я не собираюсь забирать письма или докладывать о вашей переписке, но прошу вас держаться подальше от границы и забыть о Уилме.
Но как только она произнесла эти слова, громкий голос внутри меня прошептал: «Невозможно!»
Глава 5
Строю планы
Девина
Уилма подтвердила, что кто-то читает ее письма перед отправкой. Я держала в руках ее третье письмо и перечитывала его.
Дорогая Девина,
Да, кто-то читает мои письма, но это всего лишь Тайтон. Тебе придется простить его за любопытство. Боюсь, это у нас семейное.
У тебя есть братья и сестры?
К слову, по поводу твоего вопроса. Брачные турниры проводятся каждый раз, когда женщине исполняется пятнадцать лет и она становится готова выйти замуж. Мой будет 17 августа. На этот раз это грандиозное событие, потому что прошло три года с последнего турнира, на котором Старр выбрала моего брата Фредерика.
Самые сильные воины из нашей страны соберутся, чтобы сражаться за меня, и я выберу себе мужа из пяти победителей. Это страшно и волнующе одновременно.
Пожалуйста, расскажите мне больше о себе. Я так счастлива, что у меня есть друг на Родине.
Удачной дороги,
Уилма
Снова и снова читая ее письмо, я хмурилась все сильнее.
О какой дороге она говорит? Я ничего не писала о дороге. Может быть, это замаскированная просьба о спасении?
Я вернулась к другому слову в письме. «Страшно». Я попробовала это слово на вкус, пытаясь понять, не намек ли это. Является ли слово «дорога» просьбой о спасении, напугана ли Уилма на самом деле?
Это было невозможно сказать, не спросив ее лично, но одно было ясно точно: поскольку власти не хотят и не могут спасти Уилму, это будет зависеть от меня.
Эта мысль нелепа. Как я могу спасти девушку по ту сторону границы? Я не могла просто подойти и потребовать, чтобы северяне отпустили девушку. И кроме того, если я пересеку границу, меня саму могут поймать. И что потом? При мысли о том, что меня выставят как трофей на одном из их турниров, по коже побежали мурашки. Северяне были мерзкими мужчинами, которые ненавидели женщин и издевались над ними.
Готова ли я подвергнуть себя опасности, чтобы спасти девушку, которую никогда не видела?
Ответ уже был в моем сердце, рядом с тоской по потерянной семье. Кто-то нуждался во мне. Девочка того же возраста, что и моя сестра Ханна. Я не смогла помочь своим сестрам, но, может быть, я смогу помочь Уилме. Никто никогда не сможет заменить мою семью, но если я помогу этой девушке освободиться, я больше не буду одинока. Эта мысль успокаивала и помогала избавиться от страха перед тем, что все может пойти не так.
— Хм, — пробормотала я вслух и посмотрела на Нелли. — Нам просто нужен хороший план. Верно?
Нелли отвела взгляд. Вероятно, потому, что не слышала слов «угощение», «еда» или «прогулка» и поэтому сочла разговор не относящимся к ней.
Я провела весь вечер, составляя план того, что должна была сделать. Первым делом в моем списке было убедиться, что Уилме не грозит опасность из-за СОН. Насколько я знала, эпидемия закончилась, но я все равно позвонила в горячую линию, чтобы убедиться.
Затем я задумалась о том, как именно мне придется действовать. Если я хотела доставить Уилму в безопасное место до того, как воины начнут сражаться за нее, я должна была найти способ переправить ее через стену или пробраться под ней.
Или в обход…
Я постучала ручкой по блокноту и попыталась вспомнить, что я знаю о пляже, который отделял нас от Севера. Я была ребенком, когда видела его в последний раз, потому что, как и остальная часть границы, это была ничейная земля, усеянная минами.
Если мне не изменяет память, по пляжу шло ограждение, уходящее в море.
Но не очень далеко.
Встав со стула, я бросила ручку на блокнот, схватила яблоко из вазы на столе и подошла к окну. Снаружи было темно, и в окне виднелось мое отражение, обеспокоенное и печальное. Я позволила себе отрешиться от реальности и представить благодарность Уилмы, когда она окажется в безопасности по эту сторону границы.
Если она боится воды, может быть, я смогу подплыть и уговорить ее. Я хорошо плаваю, и сейчас июль; вода будет холодной, но не ледяной.