Совсем вкус потерял, молчаливо постановили они.

– Экзамен через полчаса, еще час письменная часть. В двенадцать будь здесь, хорошо? Чтобы я тебя по всему городу не искал. Москва, знаешь ли, большая.

– Не переживай, не заблужусь. У меня ГуглМап есть. Если что, я тебе напишу.
– кивнула Лана, не отвлекаясь от съемки. Теперь ее заинтересовало круглое окно в сложной, многосоставной раме.

Даниил потоптался рядом, понял, что в его услугах сопровождающего больше не нуждаются, и побрел на экзамен.

Принимающий экзамен по истории архитектуры доцент Панохин зверствовал не сильно. За окном ярко светило солнышко, настроение у всех было расслабленно-летнее, и задерживаться из-за студентов с хвостами в академии еще на три недели никому не хотелось. Да и сам Даниил был на хорошем счету, зачеты и доклады всегда сдавал вовремя, и если бы по экзамену можно было бы поставить автомат, он бы его получил без проблем.

А так Панохин задал ему вопроса три, на которые студент радостно отбарабанил зазубренные абзацы, и они разошлись к обоюдному удовольствию.

Лана, сияя коленками в прорехах и утирая пот со лба, уже маялась у дверей академии.

– Где успела побывать?
– поинтересовался он, когда они вышли из ворот МАРХИ.

– У вас тут такие высокие здания, обалдеть. Зелени только маловато. Я у театров была, и в детском магазине, который на пять этажей.

– Детском мире?
– уточнил Даниил. Голландка закивала.

– Ага. Точно, целый мир, там еще поезд настоящий ездит, и часы такие, во всю стену! Я все сфоткала, есть хочу.

Ну, точно ребёнок. Ей прямая дорога в Детский мир, чего уж там.

– Пошли, покормлю. Даже знаю, что тебе еще по дороге показать.
– подмигнул Даниил, по-братски прихватывая Лану за плечи, и разворачивая в направлении Красной Площади.

Топать пришлось довольно долго. Поначалу фотографировавшая все подряд голландка все реже щёлкала камерой, и все чаще спрашивала, далеко ли еще идти.

– А велосипедов у вас в городе вообще нет? Может, возьмём пару напрокат?
– сдавшись, наконец, задала Лана самый главный вопрос. Она вообще не привыкла к пешеходному образу жизни. В ее представлении, если расстояние больше десяти метров, его нужно проезжать на машине или велосипеде. А если уж и ходить долго, то в соответствующей экипировке. И не ходить, а бегать.

– Устала?
– недоумевающе окинул ее взглядом Даниил, задержавшись на кроссовках. Он бы понял, если бы девушка была на каблуках. Бывает, натерла, подъем устал, у Тани часто такое бывало. В девяноста процентах случаев это оказывалась, понятное дело, игра на публику, дабы взяли на ручки и изобразили галантность. Но брать на ручки Лану Даниил отказывался наотрез, даже мысленно.

Такая сама кого хочешь на ручки возьмёт. Тут и грыжу недолго заработать.

– Уже почти пришли. Видишь, то красное длинное здание?

– Это какой-то музей?
– без особого энтузиазма переспросила Лана. Она уже начала привыкать к мысли, что примерно каждое третье здание в центре - это или магазин, или музей, или театр. Даже если оно похоже больше на дворец.

– Нет, магазин.
– голландка вздохнула. Так и знала. И тут Даниил добавил:

– Но там можно поесть!

Девушка воспряла духом. Есть хотелось зверски. Она с утра, с той самой манной каши и хилого бутербродика, бегает, как заведённая. Растяпа такая, ни одного энергетического батончика в карман не засунула. Нужно будет запастись. Кто же знал, что тут такие расстояния преодолевать придётся, да еще и пешком?

По обыкновению, магазин внутри напоминал музей и храм одновременно. Галереи, балюстрады, разномастные лестницы и эскалаторы, паутинками соединяющие этажи воедино, и всюду сияние, золото и стекло. Такого обилия дорогих магазинов в одном месте Йоланда не видела даже в Амстердаме. А когда ей Даниил любезно перевёл цены в евро по актуальному курсу, она вообще слюной подавилась.

Как здесь люди живут-то?

Стоять в очередях такой длины Йоланда не привыкла. Уже на третьей минуте она начала выглядывать из-за плеча впереди стоящих, пытаясь высмотреть кассы.

– Ну, и когда они третью откроют?
– возмутилась она наконец, заметив, что хвост ближе к финалу расходится на два потока. Даниил флегматично пожал плечами.

– Уже открыт максимум. Их там две только.

Лана в панике оглянулась, прикинув количество успевших выстроиться за ними.

– Это же сколько нам стоять придется?
– ужаснулась она.

– Столько, сколько нужно.
– не меняя интонации, ответил парень, делая еще шажочек вперед, и практически утыкаясь в спину впереди стоящего. Чтобы между никто не втиснулся.
– За суши и картошкой очередь еще длиннее. Время-то обеденное.