Прислуга ставит на белоснежный столик две крохотные чашки с кофе, а в изящных вазочках наложено мороженое мятного оттенка. Я с охотой поедаю лакомство, но специально растягиваю его как можно дальше. По моим расчётам, Татьяне должны позвонить. За то время, что я рядом с ней, женщине позвонили по меньшей мере десять раз.

Я жду подходящего момента. Но уже начинаю нервничать, что прогадала. Телефон Татьяны молчит. Молчит в момент, когда необходимо, чтобы ей кто-то позвонил.

Уже почти отчаявшись, я начинаю искать другие варианты, но на моё счастье телефон Татьяны издаёт звонкую трель. Татьяна достаёт телефон из сумочки, отвечая на звонок. На сей раз звонит сам босс, справляясь о моём поведении. Я посылаю Татьяне фальшивую улыбку и показываю ей «класс» большим пальцем.

– Татьяна, вы не съели свой десерт. Можно? – спрашиваю я, потянувшись к мороженому, которое Татьяна даже не попробовала. Она и кофе почти не отпила. Просто села со мной за компанию.

– Можно? – спрашиваю я настойчиво.

Татьяна согласно кивает и чуть отворачивается в сторону. Отчитавшись перед моим похитителем, она прощается. Я в этот момент резко привстаю и, задев рукой вазочку с мороженым, опрокидываю на платье Татьяны.

– Чёрт! – вскакивает Татьяна. По элегантному платью скатываются мятные шарики мороженого.

– Простите! Я сейчас всё вытру!

Схватив салфетку, бросаюсь на помощь, размазывая прохладную массу по платью ещё больше.

– Довольно! Спасибо за помощь!

Татьяна быстрым шагом направляется в дом, забыв о телефоне, небрежно брошенном на стол. Поспешно схватив телефон, по памяти набираю номер двоюродной тётки.

Я хотела набрать номер Жени первым. Но пальцы сами набирают номер тётки, чтобы узнать о пятилетнем младшем братишке. После смерти родителей его должны были отправить в детский дом, как и меня, но тётка приютила нас у себя.

Соседство с ней было не самым простым. У тётки есть своя семья – муж и трое детей. Тётя Юля взяла нас к себе с одним условием – не быть обузой в материальном плане. Иначе говоря, учёбу пришлось бросить и отправиться на поиски работы. Я плачу тёте ежемесячное содержание за Мишу, чтобы она не отдала его в детский дом.

Тётя Юля отвечает почти сразу же.

– Алло?

– Тётя Юля, это я, Олеся.

– А-а-а-а, – тянет тётка недовольно. – Объявилась.

– Тёть Юль, как ваши дела? Как Миша?

– Сама как думаешь? – хищно спрашивает тётка. – Ты мне за прошлый месяц не заплатила, три дня на звонки не отвечала…

Я прикусываю язык, слушая претензии, высказываемые недовольным голосом. Полтора месяца назад мне пришлось уволиться с прежнего места работы из-за того, что сменился администратор. Пришедший на замену администратору мужчина положил на меня глаз и начал приставать, открыто намекая, что если я не стану с ним спать, он меня уволит.

Я предпочла уйти сама, искала работу… Удача улыбнулась мне неожиданно – меня взяли работать в клуб Багратова. Позвонили по моему объявлению сами и пригласили на собеседование, сказав, что им срочно требуется официантка.

Но теперь я не уверена, что это было случайностью. Скорее всего, приглашение было лишь частью плана похищения…

– Чего молчишь? Скажешь, я не права? Твой Миша то еду перевернёт, то ест, как проглот. Все игрушки переломал, одежда на нём в тот же миг то сгорает, то рвётся… – причитает тётка. – А платить ты, конечно, не хочешь! Скинула мне своего братика на шею, а сама по любовникам шляешься!

– Тётя Юля, у меня были сложности, но сейчас я нашла работу и…

– Поздно! – обрывает мои объяснения тётка. – Я уже решила проблему.

– К-к-к-как?

– От Миши пришлось отказаться, – вздыхает тётя. – Жаль, но ещё одного сорвиголову я не потяну.

– Да как вы могли?! Я же плачу вам и за содержание, и за стол! Даю денег… На игрушки, на одежду…

– А ему в сад надо уже. Забыла? Медосмотр пройди – всем на лапу сунь! В садике за место директору подмажь, с нянечкой договорись, чтобы из всей толпы за ним получше смотрели… Нет, дорогуша. Я такое не потяну. Нет ни времени, ни денег. Всё, нету Миши.

Жестокие слова тётки ранят в самое сердце. В душе как будто образуется огромная пустота, полная чернотой до краёв. Она становится больше и больше с каждой секундой. Хочется накричать на родственницу или что-то разбить, дав выход гневу.

– Куда вы отправили Мишу? – спрашиваю дрожащим от слёз голосом.

– Ну, не реви ты, – усмехается тётка. – Я же не зверь какой-то. В хороший детский дом сдала. Не абы какой, а частный. Спонсируется нашими бизнесменами… – тараторит тётка.

Нехорошее подозрение закрадывается под кожу, покрывшуюся острыми мурашками. По спине скользит холодок, будто кто-то пристально наблюдает за мной. Очень и очень пристально, не пропуская ни единого сказанного мной слова или сделанного жеста.

– Он мне и предложил отдать Мишу, – охотно делится тётка. – Говорит, набираем группу. А у меня документы на отдачу давно собраны, ты же знаешь… Только расписаться.