Дальше, дальше, до самого дворца. Это было легко, побороть боль намного сложнее.

Красный сгусток впереди медленно затухал, его жадно пила жгутами извивающаяся тьма.

Ральф сделал еще один рывок. В раскалывающейся голове откуда-то возникло абсолютное понимание, что в этих пятнах он видит сестру и Ника, и если он немедленно не оттащит от неё Фостера, то прямо сейчас лишится единственного друга. Алиана убивала его.

– Мой друг? – донеслось до затуманенного разума.

– Да, Ани. Как ты захочешь.

Тьма рассеивалась, мягко отпуская Николаса. Она сторицей вернула ему то, что успела забрать. Снова от боли потемнело в глазах, Ральф подбежал к ним ближе. Пусть, боль – ничто, зато он снова начал нормально видеть. Неправильное у него безумие, совсем не веселое.

Холд-младший держал в ладонях лицо сестры, а она смотрела на него с такой надеждой и любовью, как могла бы смотреть на всевышнего, ступившего на эту грешную землю.

Что за нежности?! Какого черта! Он заискрился, чуть было не потерял контроль над силой. Выдохнул, втянул энергию в тело, чувствуя, как гудит внутри электричество.

Ани повернулась, увидела брата.

– Ральф! – всхлипнула она и кинулась ему на шею.

Он мгновенно загнал дар еще глубже, чтобы не дай бог, не ударить сестру. Прижал её к груди. Кажется, именно там было сосредоточено электричество половины столицы. Небольшой, размером с теннисный мяч, пульсирующий шар, который совсем нелегко было удерживать внутри.

– Что случилось, горе ты моё луковое?

Алиана отстранилась, бросила на Николаса растерянный взгляд, вновь всмотрелась Ральфу в лицо, изумленно заявила:

– Ты такой же!

А затем подняла на него полные черной бездны глаза.

«Как у Рэна…» – подумал Ральф, забывая о контроле. Яркий шар вылетел из его груди и завис над их головами, сыпал искрами и громко трещал. В воздухе запахло озоном. Низко загудела под ногами земля.

Шар разрастался быстрей и быстрей. Сверкающие разряды тянулись к нему от Ральфа. Слишком много силы, слишком тяжело. Он не мог сдвинуться с места и дар подчинить не мог. Закусил губу. От напряжения на лбу выступил пот, соленые капли катились вниз, разъедали глаза. Одаренный? Посмешище! Надорвался, а силу не удержал, и сейчас он не просто сдохнет тут на глазах у сестры и друга, но и их заодно прикончит, потому что взорвет здесь всё к чертовой матери!

Конец ознакомительного фрагмента.