«Ни одного «Фенрира»,» — отметил про себя Гедимин и немного обиделся. «Только утяжелённые «Гармы». Но без видимых повреждений — уже хорошо.»

«Гармы», обшитые дополнительной бронёй серо-стального цвета, рассредоточились по коридору, сохраняя строй — сармат-командир впереди, четверо бойцов сзади. Экзоскелет командира от рядовых отличался только узкими чёрными полосами на верхних манипуляторах. Константин пальцем постучал по броне Гедимина, и сармат нехотя отвлёкся от рассматривания оружия, вмонтированного в экзоскелеты. Кроме тяжёлых бластеров, у каждого охранника была с собой кинетическая винтовка и переносной ракетомёт, — ремонтник хотел пересчитать снаряды к нему, но не успел.

— Бойцы Маркуса будут сопровождать вас повсюду днём и ночью, — сказал Ассархаддон. — С этого дня и до окончания проекта. Пока мы на базе, они подчиняются непосредственно мне — и мне же докладывают обо всех происшествиях. Надеюсь, у них будет мало поводов приходить с неприятными докладами. Гедимин Кет, идите сюда.

Сармат шагнул к нему. Ассархаддон указал на одного из командиров охраны; сквозь лицевой щиток была видна светло-синяя кожа. Гедимин хотел посмотреть охраннику в глаза, но тот сразу же отвёл взгляд и сощурился. Ремонтник озадаченно мигнул.

— Гедимин Кет, Ядерный Исследовательский Блок, ядро проекта, — представил его Ассархаддон и протянул руку к командиру отряда. — Стивен Марци, с этого дня — ответственный за вашу безопасность. Идите в жилой блок, устраивайтесь. Через пятнадцать минут вас отведут на рабочее место.

Охранник молча вскинул «руку», и его группа окружила Гедимина, а сам он ткнул в панель ввода рядом с гермоворотами. Створки, загудев, приоткрылись. За ними был пустой круглый зал с тремя люками по стенам, одним — в полу и ещё одним — в потолке. «Коридор вертикального взлёта,» — опознал Гедимин назначение двух последних отверстий.

— Сюда иди, — буркнул Стивен, подталкивая сармата в плечо в сторону крайнего из расположенных в стене люков. На крышке был нарисован атом лития; больше никаких знаков не было, как и панелей ввода. Гедимин, уже привыкший к понаставленным повсюду замкам с паролями, удивлённо мигнул.

Крышка люка втянулась в стену быстро и бесшумно, но сармат успел оценить её толщину и одобрительно хмыкнул — эта дверь не сломается от неосторожного тычка и даже пинка. Спрятанная за ней комната была удивительно просторной — Гедимин не привык к такому пространству: пять метров в длину и четыре в ширину; здесь стапель для скафандра помещался свободно, а напротив него в стену был встроен умывальник с зеркальной полосой над ним. «Как в мартышечьих фильмах,» — подумал сармат, удивлённо глядя на своё отражение — точнее, на отражение скафандра, от самого Гедимина там можно было рассмотреть только глаза и полоску кожи вокруг них.

За спиной выразительно хмыкнули. Ремонтник обернулся и встретился взглядом со Стивеном. Тот криво ухмылялся.

— Гедимин Кет? Говорят, ты не любишь марсиан, — протянул он, внимательно глядя на сармата.

По круглому залу за его спиной прошёл ещё один отряд охраны — в жилой блок привели Константина. Гедимин запоздало удивился малому количеству комнат — здесь могли разместиться только трое.

— Мне всё равно, кто откуда, — ответил он Стивену, возвращаясь к изучению комнаты. Тот снова хмыкнул.

— Так не бывает. Ты откуда?

— С Энцелада, — отозвался сармат, смущённый странными вопросами.

— Заметно, — еле слышно пробормотал охранник. Гедимин недовольно сощурился, но ничего отвечать не стал — обстановка комнаты занимала его куда больше, чем странные хмыканья и неприятные интонации чужого голоса.

Кроме привычного места для сна (поверх матраса лежали такие же подушка и одеяло, какие сармат оставил в Тренировочном блоке), в дальней части комнаты стоял ящик с откидывающейся крышкой. Под ней была ещё одна крышка, а в ней — встроенная клавиатура; Гедимин ткнул в неё пальцем, приводя в действие голографический экран. В ящик был встроен полноценный телекомп, возможно, лучшего качества, чем тот, на котором в Ураниуме работал Константин, — вот только выхода в сеть с него не было. Гедимин отодвинул боковые крышки, заглянул в пустые отделения, — весь телекомп умещался над верхним из них, внутри не было ничего.

Сзади на его плечо опустилась металлическая клешня.

— Идём, — бросил Стивен и, не дожидаясь ответа Гедимина, силой развернул его к выходу — точнее, попытался. Манипулятор экзоскелета заскрежетал, но сдвинуть сармата в скафандре не смог.

— Не делай так, — попросил Гедимин, убирая с плеча манипулятор. Кажется, охранник пытался сопротивляться, — что-то в чужой «руке» еле слышно хрустнуло, когда она наконец отодвинулась. Гедимин вышел; четвёрка бойцов разделилась — двое остались у двери в комнату ремонтника, двое пошли за ним к открытому настежь люку в полу. Сармат посмотрел вниз и увидел попарно проложенные вдоль ребристых стен рельсы. В верхней части, под самым люком, были закреплены своеобразные ремни безопасности — лёгкие конструкции из плотного скирлина и стальных пластин. Один из «Гармов» накинул ремни на себя и скользнул вниз. Две секунды спустя из колодца донёсся тройной стук, и Стивен подтолкнул Гедимина в спину.

— Вниз.

«А это не просто крепления,» — в первую же секунду понял сармат и заинтересованно хмыкнул, разглядывая и ощупывая «ремни безопасности». «Это механизм…»

Разобраться в устройстве своеобразного лифта ему не дали — очередной тычок в спину был недостаточно силён, чтобы сдвинуть сармата с места, но броня от него загудела, и Гедимин недовольно сощурился и оглянулся через плечо. Как он и думал, толкался всё тот же Стивен, и взгляд его из просто раздражённого стал злым.

— Что это за механизм? — спросил Гедимин. Вместо ответа его снова толкнули к шахте.