— Бесполезно, — хохотнул кто-то за его плечом. — Джед ещё в Ураниуме залез в реактор и из него не вылезал. А тут ему дали такую броню! Теперь его и вовсе не вытащишь!

«Джед?!» — Гедимин развернулся, едва не своротив локтем стол, и изумлённо замигал.

— Маккензи? Ты теперь атомщик? — выпалил он, не успев подумать. Сарматы за столом зафыркали, сдерживая смех.

Кенен по-прежнему был меньше ростом, но слегка раздался в плечах; ему выдали светло-жёлтую броню — в три слоя, не в семь, но Гедимин видел, что она тоже включает в себя ипроновое напыление, нейтронностойкий фрил, отражающий разряды бластеров, и слой прочного сплава. По предплечьям учётчика протянулись тонкие серебристые полоски с небольшими полупрозрачными выступами. Проследив за взглядом Гедимина, Кенен широко улыбнулся.

— Настоящее серебро, Джед. И маленькие топазы. Сущая безделица по сравнению с твоей уникальной бронёй. Двойной слой ипрона, двойной слой кеззия! Ты мог бы купить себе особняк и личный спрингер с полным экипажем…

Он сел за стол и приподнял руку в приветственном жесте.

— Tza atesqa, парни! Я скучал по вам. И, признаться, боялся не всех застать в живых.

Он многозначительно посмотрел на Гедимина.

— Так тебя не перевели к нам? — переспросил тот. — А кто тебя сюда пустил?

Кенен хихикнул.

— Никаких проблем, Джед. Я — всего лишь мирный учётчик. Абсолютно благонадёжный и никому не интересный. А что? Хочешь как-нибудь к нам заглянуть?

Гедимин кивнул.

— У вас там есть сеть?

Линкен тяжело шевельнулся и придвинулся ближе, настороженно глядя на ремонтника.

— Атомщик, здесь нет сети. Это секретная база, — медленно проговорил он.

— Именно, — сказал Кенен, указав пальцем на потолок. — Мы под прикрытием, Джед. Никаких контактов с Землёй!.. А что тебе надо в сети? Если ищешь новости, так я могу рассказать…

Гедимин досадливо сощурился.

— Мне нужно поговорить с Конаром, — мрачно сказал он, разглядывая свои ладони. — Без него работа встанет.

Сарматы переглянулись. Хольгер, придвинувшись, крепко сжал ладонь Гедимина.

— Конар? Физик из Атлантиса? — Константин поморщился. — Раньше ты без него справлялся.

— Атомщик, не дури, — буркнул Линкен и передёрнул плечами — по старой памяти рука тянулась к затылку, но шлем мешал притронуться к ноющему шраму. — Нам нельзя с ними связываться. Расстреляют на месте.

— Сколько резонных мыслей разом, — усмехнулся Кенен. — Добавлю к ним ещё одну, пожалуй. Джед, несколько странно просить у человека помощи в войне с человечеством…

Гедимина передёрнуло.

— Это не для войны, — угрюмо сказал он. — Это генератор. Вроде РИТЭГа. Очень мирный механизм.

Кенен захихикал, но поймал тяжёлый взгляд Гедимина и замолчал, поспешно уткнувшись в еду.

— Хорошо, что Ассархаддон тебя не слышал, — вздохнул Константин. — При нём ничего такого не сморозь, ладно?

«С Конаром не связаться, Ассархаддона нет…» — уже в комнате Гедимин, не снимая скафандра, лёг на матрас и лежал в тишине, разглядывая экран передатчика. Он уже испробовал разные способы, — из Ядерного блока пробиться за пределы Луны было невозможно, что-то перехватывало сигнал в лабиринтах «Гекаты». «Даже Кенен сидит без сети. Браслеты с топазами добыл, сеть — не добыл,» — сармат недоверчиво хмыкнул про себя и подумал, что следует продолжить расспросы — возможно, без лишних ушей, без висящей на хвосте охраны… где-нибудь по дороге в Учётный блок?

22 февраля 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»

— Атомщик, ты в своём уме? — спросил Константин, взглянув на чертёж. — Ипроновый провод?!

— Можно взять кеззий, — нехотя уступил Гедимин. — Ипрон или кеззий. Остальное будет фонить. Или не заработает.

Константин, скривившись, скомкал листок с чертежом и швырнул его в утилизатор. Гедимин резко выдохнул, двинулся было к нему, но покосился на лаборантов-филков, шарахнувшихся к стене, и остановился.

— Ты чего?!

— Думай дальше, атомщик, — процедил Константин, отступая на шаг и нервно оглядываясь на охранников. — Никаких цельноипроновых катушек. Лучше раз в месяц менять медный провод.

…Вернувшись в «мастерскую», Гедимин просунул руку под защитное поле и прикоснулся к излучателю. Обычно отсвет омикрон-излучения и тепло ирренция успокаивали его, но в этот раз старое средство не сработало. «Так же, как мой генератор,» — сармат криво усмехнулся и посмотрел на передатчик. «Поговорить бы с Конаром. У него свойство — прочищать мозги…»