Буквально через полминуты ее скрутило. Она схватилась за промежность и, дико глянув на Лену, спокойно сидевшую на водительском месте своей скромной тойоты, резко бросилась к своей машине и нажата на газ.

Лена, усмехнувшись, подняла шарик еще выше. С места не трогалась, точно зная, что противница вернется. От нечего делать, поиграла шариком еще. Вверх, переходя в кнопку «оргазм», активировать которую пока не думая, и вниз. И так несколько раз.

Надежда Александровна вернулась через целых сорок минут. Лена уже устала сжать. Вышла из машины, встала на колени, не убирая первую руку между ног.

— Госпожа, — со слезами в голосе, преодолевая себя, произнесла Надежда. — Позвольте мне кончить, пожалуйста…

— Да почему же не позволить? Позволю, конечно. Иди за мной. — С этими словами пошла в заснеженный лес. Надежда Александровна, периодически со стоном натирая джинсы между ног, посеменила за ней.

Яму, где обрела артефакт, Лена находила еще осенью и никаких следов от старого скелета не обнаруживала. Он, похоже, рассыпался в прах. Сейчас же все было завалено снегом, но эта яма, как берлога, была чиста. Две женщины, утопая в снегу, дошли без лыж. Ноябрь — сугробы только с наветренной стороны.

Подойдя к обрыву, Лена заставила Надежду встать рядом с ней.

— Вот он, амулет, видишь? — говорила Лена круча перед носом Надежды айфоном.

— Да, вижу, — ответила безразлично, активно переминаясь.

— Хочешь, тебе отдам?

— Хочу. Очень хочу. Только кончить позволь.

— Жадная, да? Ну, держи. — С этими словами Лена нажала на кнопку «оргазм» и выбрала из меню впервые появившуюся надпись «вечный».

Глаза Надежды застыли, она перестала реагировать на внешние воздействия. Лена насильно засунула в кулак Надежды айфон, сжала ее руку, для надежности сунула в расстегнутую молнию куртки, прижав, к левой груди. Немного дернула замок вверх насколько возможно и спихнула застывшее вертикально тело в обрыв.

Тело скатилось и на дне оказалось лицом вверх. Глаза были открыты и в них плескалось неописуемое наслаждение. Правая рука спрятана под курткой, левая лежала вдоль тела.

Лена смотрела на нее сверху и понимала, что совершила убийство. Но в душе не колыхнулось ничего…

Рядом, словно вырастя из-под земли, появился Андрей.

— Засыпать ее? — спросил, не добавив ни Лена, ни Госпожа.

— Подожди. Я посмотрю еще. Жалко ее…

— Она в кайфе, Лена. Это как «золотой укол» у наркоманов. О себе переживай. Ее искать будут, и будут упорно. Не последняя женщина. Смотри, как бы на тебя не вышли.

— Надеюсь, не выйдут. Скоро снег пойдет… Смори!!! — проорала, указывая рукой на Надежду.

Одежда женщины поползла, сжимаясь, как шагреневая кожа. Лицо стремительно старело и постепенно превращалось в мумию. Вскоре она превратилась в полностью иссохший голый трупп, правая рука которого лежала на груди и держала берестяной свиток.

— Твоя свобода, Андрей, забирай, — устало сообщила Лена, показывая на свиток.

Андрей же, нахмурившись, взялся за лопату, принесенную заранее. На мумию Надежды Андреевны посыпалась земля. Яма вскоре была почти заполнена и, как по заказу, пошел густой снег.

— Идем. Лен, все, что могли, мы сделали. А то заметет. — Предложил Андрей, приобняв Лену. — Собаки не учуют, не волнуйся.

Так они и вернулись, обнявшись. Обыскали в перчатках машину Надежды и нашли только их конверт с бумажной нарезкой. Забрали. Андрей сел в джип чиновницы, Лена поехала на своей.

Джип бросили с противоположной стороны лесочка. Домой поехали вместе.

— Видео с Борей, как она обещала, выплывет. Что будешь делать?

— А насрать. Лишат его большей части богатства или нет — по барабану.

— Я знал, что ты не жадная… Лен, пожалуйста, прикажи мне попрыгать ногами.

Лена усмехнулась, поняв его желание — свиток закопан. И как теперь быть с его рабством?

— Прыгай ногами, пока я не прикажу остановиться, — с усмешкой приказала она.

Андрей терпел целых полминуты, но его ноги задергались. И он…. счастливо расхохотался.

— Ты чего? — испугалась Лена, руля.

— А я… я всю жизнь боялся кого-то убить! Как меня манило придушить тех грязных девок! На страхе быть пойманным держался, когда пожизненное стопудово… Но теперь мне это не светит. Спасибо, Лен. И, пожалуйста, угомони мне ноги.

— Перестань прыгать — приказ. — Ноги Андрея остановились. — А знаешь, что я тебе еще скажу, как рабу, не обижайся на это слово, это только значит, что не предашь. После того, как я отпустила из рабства Надю, я заметила, что для массажа мне больше айфон не нужен. Понимаешь? Не надо делать слепок души, руки сами управляют чужим телом — не важно, запечатлено оно или нет, я социально проверяла.

— И что это значит?

— А ничего. Буду жить своей жизнью и все. Профессия массажистки — ничем не хуже других. Вот м все, Андрей. А тебе приказываю обо всем, что случилось за последние три часа забыть.