— Это дело семьи, — сказал он. И это по-правде так и было. — Ханна — моя пра-пра-пра-пра-пра-…блин, какая прабабушка. Кто же, как не я, должен остановить её? И если со мной что-то произойдёт… что ж, одним Редферном на свете станет меньше.

Это было последней причиной, заставившей Джера принять решение. Он происходил из порочной семьи. И неважно, что он делал, кого спасал, — сколько бы он ни старался, в его венах всегда будет течь вампирская кровь. Одно его существование всегда будет представлять опасность для людей. Только Хезер ужаснулась.

— Не смей даже так думать! — Она вновь взглянула на Джера и положила руку на его плечо. — Джер, ты лучший из тех, кого я знаю. И то, что ты делал, прежде чем появился тут…

— Это часть меня, — ответил Джер, стараясь не демонстрировать внешне, что прикосновение её руки вызывает волну возбуждения во всём его теле. — И ничто этого не изменит. Я в курсе, кто я.

Хезер слегка встряхнула его.

— Джер…

— Сейчас мне надо избавиться от этого вурдалака. А тебе лучше пойти домой.

Ему показалось, что Хезер ещё что-то хочет сказать ему, но она медленно убрала руку.

— Ты официально берёшься за это дело? — Она спросила это так, словно давала ему последний шанс.

— Да!

Хезер кивнула. Она не стала спрашивать, как он собирается вернуться в банду, которую бросил, и как собирается добыть информацию у презиравшей его Морены. Джер знал, почему она не спрашивает об этом. Она просто хотела надеяться, что он сумеет это сделать.

— Если что-то узнаешь, позвони по этому номеру. — Она вынула из кармана что-то типа визитки и протянула её Джеру. — Я сообщу, где мы сможем встретиться… где-нибудь подальше отсюда. Нам нельзя ни о чём разговаривать по телефону.

Джер взял визитку:

— Благодарю.

— Прошу, будь осторожен, Джер.

— Хорошо. Я могу оставить эти вырезки у себя?

— Да, — ответила она. И улыбнулась ему одной из тех грустных улыбок, в которых проглядывала её Древняя Душа. — Хотя они, пожалуй, тебе не понадобятся. Просто приглядись внимательно к тому, что творится вокруг. Следи за новостями. Ты увидишь, что темнота наступает со всех сторон.

— Мы остановим это, — сказал Джер. И уточнил: — Мы попытаемся.

***

Следующим утром у Джера возникла проблема, и проблемой этой был Кларк.

Предполагалось, что они поедут в колледж вместе, чтобы Джер не смог удрать с пар.

Однако ему надо было сбежать, чтобы отыскать Морену. Ему не хотелось даже думать о том, как отреагируют на это тётя Джой и дядя Нат, — разыскать Морену как можно скорей гораздо важнее. Нельзя было терять ни минуты.

У первого же светофора Джер хлопнул себя рукой по колену:

— Я забыл важный конспект! — Отстегнув ремень безопасности, он выскочил из "Тойоты" как раз перед тем, как загорелся зелёный свет. — Ты езжай! — захлопнув дверцу, крикнул он Кларку в открытое окошко. — Я тебя догоню!

Кларк выпучил глаза.

— Ты рехнулся?! Сядь в тачку, я поверну обратно.

— Ты опоздаешь. Езжай без меня. — Джер ободряюще помахал ему рукой.

Сзади столпились автомобили, которые уже начали сигналить. Кларк открыл уже рот, но тут же захлопнул его. Из его глаз будто брызнули искры.

— Ты это сделал намеренно! Я знаю, ты что-то затеваешь, Джер, и я это выясню…

Би-бип!.. Джер отступил назад, опять махнув рукой на прощание. И Кларк, как и предполагалось, вынужден был двинуться дальше. Он не мог создавать пробку и задерживать движение. А Джер устремился к дому. Когда он добрался до гаража, то даже не запыхался. Он открыл ворота, вытащил спрятанный в углу длинный тонкий свёрток, а потом вывел из гаража байк. Это была ещё одна отрада в его жизни — "Харлей". Почти двадцати семи дюймов высотой и длиной в восемьдесят семь дюймов; изящный, лёгкий байк, в котором не было ничего лишнего.

Джеру нравилась его классическая простота, его строгие, чёткие линии. Этот мотоцикл из стали и хрома представлялся ему каким-то породистым зверем. Джер прикрепил свёрток ремнём на своей спине. Он был очень длинным, и парень расположил его по диагонали — так было удобней сохранять равновесие. Надев чёрный шлем, закрывавший лицо, он вскочил на байк и спустя миг уже мчался в сторону Сан-Франциско. Джер наслаждался ездой, хотя и понимал, что это может быть в последний раз. Может, именно поэтому он и испытывал такое удовольствие. Это было замечательное утро уже ускользающего лета: синее сентябрьское небо, безупречная чистота солнечного света. Тёплый воздух двумя потоками расступался перед мчащимся Джером.

"И как только люди могут ездить в этих машинах? — подумал он, выжимая газ, чтобы обогнать камаз. — Что хорошего в этих тачках? Ты полностью от всего изолирован. Ничего не слышишь и не ощущаешь вокруг себя, не чувствуешь ни ветра, ни силы, ни малейших колебаний температуры. Заметив опасность, ты не выпрыгнешь мигом, чтобы успеть дать отпор. И конечно, на скорости, выглядывая из окна машины, врага не поразишь".

На байке — совсем другое. Если ты достаточно ловок, то, промчавшись мимо врага, ты поразишь его, как воин мечом. Они с Мореной однажды так бились.