– Что же тогда представляет собой наше сообщество? – спросил Степан.

– Хороший вопрос. С некоторыми оговорками можно считать, что сообщество возникло по той же логике, по которой создаются общественные организации. Цели и сфера деятельности таких организаций самостоятельно определяются их учредителями. После того как организация создана, она открывает доступ в свои ряды всем, кто разделяет принципы, заложенные учредителями в концепцию деятельности организации. В сущности, это у нас и происходит, правда, неформально. Мы согласились в отношении принципа нашего объединения. Он обращает к главному, что есть в жизни людей, но не предполагает детальной проработки тех или иных богословских вопросов. Эти вопросы мы относим к компетенции Церкви, и в этом смысле мы не подменяем Церковь. В свою очередь, это освобождает наше сообщество от необходимости занимать какую-то определенную позицию в отношении конфессиональной структуры христианства или догматических различий. С другой стороны, наша вера, молитвы и стремление исполнить волю Божию обращенную лично к нам, как и стремление не помешать ее осуществлению в других, смиряет нас перед Богом. И в этом смирении мы не полагаем возможным ограничивать других людей в выборе их пути. Наш жизненный опыт наглядно показал нам, что руководство людьми возможно лишь в скромной мере, и что стоит эту меру по самоуверенности превзойти, как тут же содеянное обращается против самого человека.

В подобных беседах и работе лето пролетело быстро. Пора было возвращаться домой. Евгений обнаружил, что ему совсем не хочется уезжать из Зареченского. Поразмыслив, он решил остаться на зиму в поселке. Друзья спросили его, что он будет делать здесь зимой. Он ответил, что уберет лишнюю мебель из большой комнаты дома, перенесет туда несколько небольших икон и превратит ее в комнату молитвы. И что считает долгие зимние вечера очень подходящим временем для усердной молитвы. Степан одобрительно улыбнулся, а Алексей Коротков неожиданно сказал:

– Знаешь, Евгений, я хотел бы попробовать писать иконы. Если не возражаешь, напишу для тебя одну и привезу весной. Только какую?

– Спасителя. Очень рад, что ты так решил, – тепло ответил Евгений.

Еще большей неожиданностью для друзей стала просьба Ксении позволить остаться и ей. Она объяснила, что хотела бы украсить молитвенную комнату Евгения вышитыми полотенцами, поддерживать там постоянный порядок и иногда молиться вместе с ним. Евгений вопросительно посмотрел на Степана. Тот задумался, затем сказал, что попробует договориться с теткой Ксении. В телефонном разговоре Степан убедил тетку не препятствовать уже взрослой девушке в ее намерении остаться в Зареченском.

После отъезда Алексея и Степана Евгений и Ксения сосредоточились на молитве. Девушка действительно навела идеальный порядок в большой комнате и украсила ее красивыми полотенцами. А он увлекся составлением молитвенного правила и подолгу просиживал над Евангелием, из которого тщательно отбирал отрывки для использования в молитве. Понемногу молитвы прилагались к правилу, и оно становилось довольно большим. Каждую новую молитву Евгений зачитывал Ксении и спрашивал ее мнение. Девушка довольно толково отвечала, и порой он изменял текст молитвы, основываясь на ее словах. Они вместе молились, зажигая свечи и испытывая тихую радость от покоя, которые осенял их души. Из Н-ска к ним приезжали на выходные еще несколько человек, проявившие интерес к сообществу. Тогда накрывался стол и, как и летом, завязывались оживленные беседы.

Ранней весной друзья снова собрались вместе. Первым приехал Алексей, на несколько дней опередивший Степана, занятого хозяйственными делами. Он быстрым шагом направился к дому Евгения, бережно держа завернутый в ткань прямоугольный предмет. С порога Алексей воскликнул:

– Евгений, здравствуй! Я привез икону!

Они обнялись. Евгений осторожно развернул ткань и поставил икону на столик возле стены. Немного отойдя, вместе с Ксенией стал внимательно рассматривать икону. Лик Спасителя был написан строго по канону и как бы сдержанно. Но что сразу же привлекло внимание, это то, что от иконы незримо шла благодать, безошибочно угадываемая душами. Ксения вдруг заплакала, взяла свечу, зажгла ее и поставила на подсвечник перед иконой. В этот момент перед мысленным взором Евгения мелькнуло какое-то непонятное видение, будто стоит он некоем круге, и летят в него стрелы, и он не может покинуть круг. Страшное и сильное ощущение подлинности видения камнем легло на его сердце. Евгений упал на колени перед иконой и, протянув к ней руки, как в бреду прошептал:

– Прости мне все, Господи, и спаси.

Видение исчезло. Он тяжело встал и долго молча смотрел на икону. Молчал и Алексей. Через некоторое время, уже за чаем, друзья разговорились. Евгений спросил Алексея, как у него складываются отношения с женой.

– Как-то непонятно, – вздохнул Алексей. – После того как я написал икону, Диана стала молчалива. Потом как-то призналась, что в мое отсутствие зашла ко мне в мастерскую с недоброй мыслью: «Вот, этот бездарь теперь за иконы взялся, лучше бы малевал свои пейзажи». Но как только подумала это, луч света исшел на нее от иконы и она услышала голос: «Дам и Алексею, так как и его люблю». После этого случая Диана стала сдержанной. Прекратились и ее нападки на меня. Но она также стала задумчивой и неразговорчивой, и словно бы что-то решает для себя.

– В таких случаях надо подождать, – сочувственно заметил Евгений.

– Пожалуй, – согласился Алексей.

С приездом Степана, когда все наконец-то собрались, в сообществе воцарилось ожидание легкого и приятного лета в кругу единомышленников. Однако сообществу пришлось пройти некоторые испытания. Весна в том году отличалась редким разливом реки. Вешние воды внезапно затопили поселок, находившийся в низине, и бурный поток размыл подступы к тропе, ведущей по обрыву наверх к дороге. Жители поселка оказались не просто отрезаны от остального мира – их жизнь была в явной опасности.

В этой экстремальной ситуации проявились лучшие качества Степана Молчанова. Он быстро понял всю сложность положения и необходимость действовать быстро. Степан чутьем угадал еще возможный маршрут передвижения к дороге и, перепрыгивая с камня на камень, приблизился к обрыву в самом крутом месте. Потом, хватаясь за ветки кустарника, чудом сумел подняться по обрыву наверх. Удивительно, но Степан за короткое время сумел найти автокран, который встал наверху рядом с краем обрыва и опустил стрелу вниз. К тросу автокрана Евгений и Алексей прикрепили большую корзину, в которой могло поместиться два-три человека, и автокран поднял всех жителей из низины наверх.