После этого черный важно проследовал к трону и воссел на него. Он сделал знак лжи, и та беспрепятственно подвела душу человеческую к трону и, раболепно склонившись, указала на душу человеческую:

– Твоя раба, господин!

Однако здесь произошло нечто удивительное. Запертая в клетке Правда опустилась на колени, воздела руки вверх и начала молиться. Сверху снизошел свет и осветил отвратительные черты лжи и черного. Более того, свет сорвал и повязку с глаз души человеческой. Она ужаснулась и отпрянула прочь от трона, и никакие окрики лжи и угрозы черного уже не могли на нее подействовать. Черный и ложь с руганью метались вокруг души, но свет становился все сильнее, и они, не выдержав, скрылись за кулисами. Душа человеческая приблизилась к клетке и открыла ее. Вышедшая из клетки Правда обняла душу, и они обе заплакали, но уже от радости.

– Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся, – торжественно прозвучал высоко вверху чей-то голос.

Занавес упал, и Евгений увидел, как от его кресла побежали указательные световые стрелки на выход. Он понял, что пора идти. Вышел из шатра, вежливо поблагодарил человечка в костюме петрушки за представление. Тот радостно поклонился и пропел:

Всегда, всегда мы рады

Служить своим искусством

Всем ищущим смысл жизни.

Шатер и человечек исчезли. Евгений стал подниматься по ступенькам, ведущим к люку. Он напряженно размышлял над увиденным. «Смысл представления понятен. Без правды, как подлинного состояния души, человеку не прожить. К сожалению, есть злая сила, которая может разлучить душу с правдой насилием. Исход в этом случае для человека ясен – служить злу. И все было бы безнадежно, если бы сама правда не обладала силой, даже будучи изгнанной и плененной, постоять за человека и воззвать к Богу за помощью. В этом ключ к пониманию моей прошлой жизни».

– И будущей тоже, – произнес голос.

– Кто вы? – рискнул спросить у голоса Евгений.

– В свое время узнаешь, – ответил голос как всегда немногословно.

Гость горы снова стоял на поверхности передвижения во времени. Люк закрылся, впереди светилась только индикация. Неподалеку на оси времени вспыхнул экран. «Года два в будущее», – прикинул Евгений по меткам оси и направился к экрану. Вскоре он оказался вблизи камня, с которого начинал свое путешествие, и увидел, что путь его далее пролегает по тропинке, ведущей направо.

– Путь в будущее, – сдержанно прокомментировал голос.

Тропинка ныряла в туннель в скале, где было не очень светло. Евгений быстрым шагом вошел в туннель и некоторое время шел по нему среди неясных и колеблющихся теней. Туннель вскоре закончился выходом на площадку среди скал. Было тихо, и, как и в прошлый раз, на одной из скал зажегся экран. Он подошел к экрану и с любопытством стал ждать изображения.

– Приготовиться к включению режима реального времени, – послышалось предупреждение, произнесенное другим голосом, похожим на голос диктора.

«А что это такое?» – недоуменно подумал путешественник во времени. Пояснений ни от кого не последовало, и он, пожав плечами, решил посмотреть, что будет дальше. Экран засветился, и на нем возникло до боли знакомое ему изображение дома, где он жил. Дом был как будто потемнее и постарее, чем тот, который он покинул чуть больше суток назад. И деревья в саду повыше. Но в остальном все было почти без изменений.

Из дома вышел мужчина, в котором он сразу узнал себя. Немного погрузневший, с задумчивыми и усталыми глазами, но это был он – Женя Федоров. Несколькими минутами позже из дома вышел другой мужчина, уже почти старик с седыми волосами и мелко дрожащими руками. Это был его отчим.

Пространство вокруг Евгения вспыхнуло каким-то особым отблеском, и он услышал:

– Режим реального времени включен.

После этого Евгений обнаружил, что он просто стоит рядом с домом. Он не слился с собой, то есть по-прежнему мог наблюдать Женю со стороны. Не стал он и видимым для людей на земле. Как Женя, так и отчим свободно проходили сквозь него и не замечали его.

Евгений находился в потустороннем от земного мира пространстве и видел это пространство как совмещенное с его восприятием земного мира. Некоторые особенности его положения сразу стали для него очевидны. Прежде всего, его темп времени явно стал совпадать с темпом временем на земле. Иначе говоря, его время текло не быстрее и не медленнее, чем у тех, кого он наблюдал. А значит, ему приходилось ждать наступления событий точно так же, как ждали его в наблюдаемом земном мире.

С другой стороны, он не просто одновременно с земным видел и потустороннее пространство откуда-то из третьего пространства (то есть из особого пространства горы). Он стал частью потустороннего пространства, прилегающего к земному миру, видимым для других его обитателей и способным в нем действовать. А вот особое пространство горы для Евгения стало невидимым, хотя он и чувствовал, что оно не исчезло.

В этот момент между Женей и отчимом начался разговор, который сразу привлек внимание Евгения. Отчим, не сводя упорного взгляда с Жени, заговорил: