Мать его…

Нет, ну плотские утехи – это конечно хорошо, и даже потрясно, но… он задел мою гордость! Оскорбил мои чувства.

Никогда бы не подумала, что меня станут воспринимать, как девушку легкого поведения, с которой можно только кувыркаться в постели.

Гад!

– Похоже приехали, – вырвал меня из мыслей Макар. – Вилла что надо!

Как только наш микроавтобус припарковался, мужчины тут же поспешили на выход.

– Ого, – выскочив следом за ними произнесла я, осматривая большой белоснежный дом, чуть скрытый буйной растительностью. – Супер!

Вилла была потрясающей. Снаружи выглядела нереально притягательной, что уж о внутренней отделке и говорить не стоило. Ее я оценила через минуту, когда проследовала за седовласым хозяином всего этого великолепия.

– Что он там бормочет? – прошептала, обращаясь к блондину, не разобрав ломаный английский.

– Говорит, что вставать нам придется очень рано, если хотим успеть к началу фестиваля, – перевел мне Макар, останавливаясь следом за стариком Сухарто у двери. – Это твоя комната.

Хозяин виллы и Марсель пошли по коридору дальше, а мы с Макаром откупорили мои хоромы.

– Ух ты, – пройдя внутри, проговорила я. – Мне нравится.

Все было выполнено в кремовых тонах. На окнах висели нежнейшие, колышущиеся на ветру, шторы. А в самом центре стояла внушительного размера кровать с белым балдахином из вуали. Нереальная красота…

– Я знал…– ухмыльнулся Ветров и подмигнул. – Ее для тебя готовили.

Какие привилегии. Отпад! Я точно не сплю?

– Располагайся и отдыхай, – оставив мои чемоданы и сумки у шкафа, собрался на выход. – А я пока разузнаю у Сухарто о фестивале и времени, когда за нами прибудет машина.

– Спасибо, – поблагодарила его, начиная ощущать насколько сильно устала за все это время.

Но, все же совесть меня редко оставляла меня в одиночестве, поэтому приблизившись к Макару, встала на цыпочки и коснулась губами его щеки, запечатлев на ней свой поцелуй.

– И это все? – в шутку спросил он меня, приподнимая брови. – Я надеялся на большее…

Не дав произнести ни слова, набросился на мои губы.

Это был не поцелуй, а дерзкое нападение. Посягательство на мои губы, язык. Я задыхалась от его напора и одержимости.

Дьявол, я едва не лишилась рассудка…

Начать противиться? Да разве я могла? Починилась без малейшего сопротивления. Сдалась ему, растекаясь под напор дикости и страсти.

А потом Макар также резко оторвался от меня и посмотрел голодным взглядом, будто желал сожрать.

Открыла рот, чтобы выдать очередную колкость, и свое возмущение, но не успела.

– Ты хочешь меня… и не нужно это отрицать, Витаминка. Хватит упрямиться и просто прими это, – отступил назад и быстро, не дожидаясь ответных слов покинул комнату, оставляя меня переваривать абсурдную информацию.

Нет! Нет и еще раз нет!

Я не хочу его. Вернее, не должна хотеть.

Чееерт! Похоже я сошла с ума…уже вру самой себе.

Как бы не прискорбно было осознавать, но Ветров был прав. Он мне нравился, и я хотела его не меньше Марселя. Его поцелуй… да и той ночью тоже… я отвечала на его ласки как умалишенная.

По всей видимости у меня медленно съезжала крыша. Не иначе… По-другому не получалось объяснить свои чувства.

Ай, да пошло оно все! Даже думать больше не желала!

Пусть катиться все к черту и будь как будет!

Приняв душ и нацепив на себя свои новенькие умопомрачительные бикини, отправилась на поиски бассейна.

Глава 14

Едва приблизилась к бассейну, как услышала голоса мужчин, которые расположились на шезлонгах у воды для отдыха. Уже хотела со всей торжественностью обозначить свое появление, как слова сами застряли у меня в горле.

– Марс, я сказал все! – приглушенным, но требовательным тоном проговорил Макар. – Ты вне игры, брат. Извини, я передумал и не хочу делиться.

Так-так. И о чем у нас сыр-бор? – навострила я уши, задержав дыхание.

Любопытненько…

– Ты сам себя слышишь, вообще Ветров? – напряженно и наигранно смеялся Марсель. – Чушь собачья…ты только все портишь.

– Она мне нужна! – убеждал в чем-то своего друга Ветров. – Даже не думай.

– Ты просто папашиного наследства боишься лишиться, – усмехнулся Чернов, пытаясь задеть словами.

И тут на меня будто нашло озарение!

А не обо мне ли идет вообще речь?

Ешкин-матрешкин! И это за моей то спиной?