— Амиран, сбегай вниз, позови Данира, все равно от тебя толку мало с этим ранением. А тут видишь, крысы в углу. Кусаются, тьфу, — сплюнул смачно Кемран.

— Кемран, когда это ты у нас в лидеры заделался? Мы как бы равные члены.

Вожак повернулся, вскинув брови. В правой руке его блестел клинок, на котором играл свет от масляной лампы, которую этот человек держал в левой руке. В дальнем конце комнаты в угол забились люди — двое парней и за ними молодая девчонка, что затравленно смотрела то на мужика, то на парней. Большой, можно сказать массивный пацан с шрамом на все лицо и каким-то туповато-простодушным видом стоял впереди всех с весомой дудиной — то ли он пытался поддерживать спокойствие, то ли был очень храбр и туп. Что по сути одно и то же в этих местах. Или ему так приказали.

— Давай не сейчас, ладно? Просто сделай, как я сказал.

— Скверна! Ладно… Но если не будет золота при дележке, как ты обещал…

— Просто иди.

Долговязый ибер Амиран сплюнул и пошел вниз.

— Так, на чем мы остановились, — лидер разбойников вновь повернулся к загнанным в угол подросткам. Он был невысокого роста, узок в плечах, но обладал до того злобным взглядом, что казался наиболее опасным из всех остальных.

— Мы тут случайно. Мы не хотели конфликта. Прошу нас извинить, господин, — залепетал более мелкий пацан с каким-то неприятным крысиным лицом. Продолжая говорить, он достал из кармана заточку, явно собираясь вогнать ее в бок впередистоящего бугая, который и не думал смотреть назад. Но удар в затылок от девчонки повалил его на пол. На звук падения обернулся бугай, который как теперь было видно, был ранен в районе плеча. Увидев в руке заточку, он лишь тяжело вздохнул и повернулся обратно.

Вожак, глядя на это, расхохотался, но продлился его смех недолго. Буквально пару секунд и он стал предельно серьезен. Внимательно смотря на ребят, он стал медленно приближаться.

— Вот, видите? У вас нет шансов. Теперь вас вообще двое. Я сейчас тебя, отродье полукровное, убью. А потом займусь и бабой. Молись там своим духам предков, выродок.

Снизу раздался какой-то шум.

— Вот же дебилы, — выругался Кемран. Он вслушивался и ждал шагов со стороны лестницы и появления своих товарищей, но те так и не выходили. Что они там такого нашли? Краем глаза преступник уловил появление тени в коридоре. Тени, что отбрасывал лунный свет, проникающий сквозь окно.

— Эй, Данир!

Но ответа не было. Судя по движениям тени, человек приближался к комнате. Шаги его были легкими и тихими. Кемран сглотнул, нехорошее предчувствие возникло в его груди. Тихие шаги становились все ближе, незнакомец приближался. Кемран крепче сжал рукоять меча в руке. Наконец, в свете лампы возник силуэт мальчика. Глаза его, однако, не соответствовали внешности — они источали холод, несвойственный глазам ребенка; Кемран заметил во взоре юнца следы безумия. Еще более пугало наличие меча в руках мальчишки — с края лезвия все еще падал капли крови.

— Что ты за демон? — воскликнул Кемран, поднимая свой меч.

— Беги, Ульрон, беги! — закричала девчонка. Но парень на эти слова никак не отреагировал, словно звали не его.

— Только не говори мне, что ты укокошил этих идиотов… Да ладно, серьезно? Наверное, ты считаешь, что я такой же неудачник, как и они? Да ты с ума сошел, молокосос!

Кемран поставил лампу на пол. Мальчик спокойно стоял на месте, наблюдая за ним. Он не обратил внимания на зов Лиры, даже не посмотрел в ее сторону. Ведь он не Ульрон. Вместо этого полностью сосредоточился на бандите с мечом. Ведь каждый дворовый знает поговорку, что на стрелке ебалом не щелкают иначе щелкать будет нечем. Тело Ульрона дышало глубоко и размеренно. Тесак его неспешно поднялся на уровень головы мальчика.

— Кем ты себя вообразил, щенок?

Кемран шагнул вперед, метнув руку с оружием в сторону юнца. Противник, сделав полшага назад, отвел выпад. Затем, немедля ответил. Его удар, пусть не столь сильный, ощущался весьма умелым. Кемран, однако, легким движением отразил ответную атаку.

— Ха, а ты действительно что-то умеешь. Но не задавайся, я лишь опробовал тебя!

Кемран снова нападал, на этот раз нанося удар сверху вниз. Преимущество в росте и длине рук казалось роковым и Ульрон, даже выставив меч навстречу противнику, едва ли мог себя защитить. Но то ли удача, то ли врожденный талант и реакция юнца сыграли ему на руку и в последний момент Ульрон, словно видя весь удар и обдумав в доли секунды, что следует делать, успел слегка отвести туловище и голову назад. Так что клинок рассек лишь край кожи на его лице. Но опытный бандит лишь начал свой прием и теперь его опущенный вниз меч крутанулся и полетел обратно вверх, грозя рассечь мальчишке голову. Ульрон, уже выбитый из равновесия прошлой атакой, определенно не мог повторить свой успех и избежать смертельного удара. Лезвие гладиуса устремилось прямо в подбородок мальчика, на лице Кемрана отразилась злобная ухмылка, однако…

“Что с его глазами? Он смеется? Да?”

Гладиус бандита ударил Ульрона по груди и внезапно замер. Кемран почувствовал удар меча о что-то очень твердое, словно тот ударил по камню, а не хрупким ребрам ребенка. А потом, внезапно перестал ощущать меч в своей руке.

— Что?

Звон металла. Бандит недоумевающим взором посмотрел на пол, где валялся его меч. Рядом лежала окровавленная кисть. Глаза Кемрана на миг расширились, выражая страх и неверие. Он все еще пытался понять, что же именно произошло, когда холодная сталь внезапно вскрыла ему в горло.

— Я победил, — мальчик произнес тихо, едва ли не шепотом, но каким-то потусторонним, не детским голосом. Лицо его сияло незабвенной радостью, и лишь хищная улыбка, словно оскал, портила впечатление радостного ребенка, которому подарили игрушку. Да испачканное лицо от крови бандита.

“Скверна!” — хотел было проговорить Кемран, но изо рта его изрыгалась лишь пена и кровь. Он протянул слабнувшие руки, словно пытаясь отстранить ненавистное отродье тьмы подальше от себя, но затем его тело ослабло, ноги подогнулись и он упал. Лира взвизгнула, а местный гигант чуть сместился, готовясь в случае нужды обороняться с тыла или броситься на Ульрона.