«— О-ля-ля! Погляди какая прелесть!»

«— Начинается.»

«— Я-то что? Это ты смотришь, а я лишь выражаю общие мысли.»

«— Конечно, ага.»

В профиле я смог тут же узнать её имя.

— Итак. Этот день настал. Зло желает наложить руки на то, что мы обещали хранить.

Она медленно пошла по воде к нам и остановилась напротив Прокофия. Нежное касание её пальцев к его щеке исцелило его побои. Вот и не придётся ему лечиться.

— Ты послужил нам верно. И добром отплатил на добро. Ступай с миром. Больше мы не увидимся.

Тот кивнул и пошёл прочь. Теперь она подошла ко мне и тоже коснулась меня. Я почувствовал, как меня окутывает нежная прохлада, словно бы я искупался в родниковой воде.

— Ммм. Да. Ты годишься, чтобы стать хранителем.

— Кто ты? И хранителем чего ты хочешь меня сделать? — спросил я.

Однако вместо ответа, она снова провела мне ладонью по щеке и на меня нахлынул поток видений. Вот некий старик трижды запечатывает магические врата в разных местах планеты, а после телепортируется вовнутрь. Вот он встречается с тремя разными существами в разных вратах и отдаёт им переливающиеся предметы, которые я не могу рассмотреть, в количестве трёх штук. Выглядят они словно бы сделаны из алмазов. Не знаю откуда, но я точно знаю кто они. Владыка смерти. Король Эльфов. Праотец драконов. И вот, изможденный, он добирается до последних врат. Это… Это озеро, у которого мы стоим. Эти врата не запечатаны, ведь сокрыты так, что о них и так никто не знает. Владычица озера. Вот кому он отдал последний фрагмент. А после — под тихую тоскливую песню водной девы он лёг у крохотного деревца и уснул навек. Видение схлынуло.

— Не совсем понимаю, что именно ты мне показала, — пробормотал я.

— Ты видел, как Первый Чародей, Мастер Зеркал, Защитник Человечества — Морион Сол разделил инструменты власти и сокрыл их за гранью досягаемого для сородичей, — ответила она.

Голос её был похож на журчание горных родников, мелодичный и умиротворяющий.

— Судя по титулам — это он создал Зазеркалье? — спросил я.

Дева утвердительно кивнула.

— Верно. Так он остановил войны людей и тех, что были рождены из их мыслей, — сказала она.

— Погоди-ка. Выходит, что теория о том, что раньше люди и магические существа жили в одном измерении реальности — верна? — продолжил вопрошать я.

— Да. Но это было плохо. Люди боялись и не понимали нас. А мы боялись и не понимали их. Зачем создавать того, кто мечет молнии, а потом проклинать его за это? Зачем порождать обольстительниц, а потом винить их во всех своих проблемах и устраивать гонения?

— Люди ведь это не контролировали, так случалось само по себе, — сказал я.

— Знаю. Но тогда мы были юны, как и наши творцы. Их неспособность властвовать над своей силой лишь подогревала нашу вражду. И тогда появился он. Морион Сол. Тот, кто обуздал силу своего разума. Сначала, он обучал своих сородичей. Так он надеялся сравнять силы. Ведь если все будут равны, думал он, тогда страх уйдёт, — ответила Даная.

— Он ошибался?

— Верно. Теперь раскол случился между самими людьми. Ведь не все оказались способны обуздать свою силу. Они завидовали и ненавидели тех, кто смог. А те, в свою очередь, гневались на них за то, что продолжают порождать чудовищ. Круг вражды приобрел новый элемент.

— И тогда он решил, что стоит сделать всё радикально. Просто разделить всех по разным мирам? — высказал я свои умозаключения.

— Верно. Поэтому он использовал всё своё мастерство, чтобы создать инструменты силы, с помощью которых создал зеркало. К сожалению, даже его мастерства не хватило, чтобы сделать его идеальным. Вышло всего два мира, а не три, как он хотел. К тому же маги остались с не магами. Но даже для создания такого несовершенного творения потребовалось куда больше, чем он мог дать. Ему пришлось черпать силы напрямую из небытия. Из Амальгамы, как вы её зовете. Такое не проходит бесследно. Несмотря на всё своё могущество — он стал увядать, — Даная рассказывала всё так грустно, будто знала его лично, не просто как того, кто передал ей жезл.

— У него не было учеников, чтобы довести дело до конца? — спросил я.

— Были. Четверка подмастерий. С его инструментами и совокупными усилиями они смогли бы довести дело до конца. Однако Морион вовремя заметил, что их сердца жаждут не блага людям, но власти.

— Поэтому он предпочёл спрятать инструменты там, где их не достанут?

— Да. Во вратах, вход в которые он запечатал особым образом. Сам же он был способен проникать за печать с помощью созданного им инструмента, — в её ладонях, протянутых ко мне возник жезл, — Вот. Этот жезл дарует множество возможностей. И одна из них — проникать куда угодно.

С ума сойти. Тут уже начинаешь думать, а случайно ли Амальгама меня выбросила сюда, или эти несуществующие существа, что тот ещё оксюморон, знают куда больше, чем кажется.

— И ты хочешь, чтобы я стал его хранителем? — спросил я.

— Да, — коротко ответила она.

— Почему?

— Ты похож на него. Ты сможешь распорядиться инструментами верно, — сказала Даная.

— Погоди. Ты хочешь, чтобы я собрал остальные? — уточнил я.

— Ты хочешь этого. Ведь ты жаждешь уничтожить зеркало, — было мне ответом.

— И зная это — ты всё равно доверишь мне жезл? — удивлённо спросил я.

— Да.

— Но почему?

— Не важно какое решение ты примешь, это всё равно будет лучше, чем пустить всё на самотёк. Как я уже говорила — зеркало не было завершено. Оно не способно выдерживать давление небытия вечно. Разрушишь ли ты его или завершишь, последствия будут менее катастрофическими, чем если позволить ему рассыпаться самому, — сказала Владычица Озера.

— Трещины, которые внезапно начали появляться чаще…