— А кому я дома нужен? Мать померла, бывшая жена нашла себе мужика. Все, что было, утерял, родные люди оказались чужими мне. Да и ни денег на билет не было, ни паспорта. Свыкся я с такой судьбой. Человек ко всему привыкает. Водка, самогон, когда удавалось достать, стали единственной отдушиной моего существования. Напиться и забыться. И ждать смерть. Последнее время я думал о смерти почти ежедневно. Хотел вскрыть себе вены. Но не смог…

— В полицию нужно было обратиться, — сказал Андрей.

— Обратился я по поводу кражи денег и паспорта. Сказали: сам виноват, пьяный был, пошел отсюда. Бесполезно все это. Бомжевать стал, с ментами боялся сталкиваться.

— Нет, так нельзя! — протестовал Черкасов. — У тебя есть родственники, нужно было найти возможность вернуться, разыскать друзей. Наверняка друзья детства помнят тебя, могли бы помочь, подсказать, что делать дальше. Без помощи людей сложно выбраться из положения, в которое ты попал.

— Стыдно мне просить. Да и не знаю, захотели бы меня видеть, а тем более помогать. Сейчас еще хуже, я ведь стал калекой.

— Что случилось с ногой? — спросил Андрей.

— Обморожение. Последние события помню смутно. Не знаю, как мне удалось выжить в эту холодную зиму. Кутался у себя в подвале, в мороз вылезал только чтобы поесть что-нибудь. Последний раз возле бака отключился. Когда пришел в себя, оказалось: лежу в коридоре больницы под капельницей. Кто-то пожалел, вызвал «скорую». Не дали мне умереть, ногу только вот оттяпали.

— У тебя дети есть? — поинтересовался Андрей.

— Дочь на родине с бывшей женой.

— Хочешь посмотреть на свою дочь?

— Хотел бы, конечно. Не знаю, получится ли теперь.

— Получится, обязательно получится! — сказал Андрей, хотя и не знал, что будет с бомжами после эксперимента. Он решил просить Гепалова, чтобы тот отправил Сергея домой и проверил по линии ФСБ сделку с квартирой Володи. Володя оказался совсем не общительным человеком. О себе рассказал только, что на улице оказался после того, как какие-то люди напоили его и велели подписать бумаги.

Какой бывает иногда тяжелой судьба! Не старые еще мужики, могли бы работать, нормально жить, иметь семью, друзей. Но оказались лишними, никому не нужными. Сложно их было в этом винить, хотелось помочь. Хотя Андрей и понимал, что человек сам строит свою жизнь, выбирает бутылку как цель своего существования и теряет человеческое достоинство, постепенно привыкая ко всему и считая свою жизнь нормальной даже несмотря на угрозу умереть как собака под забором или замерзнуть у мусорного бака.

Тяжело видеть таких людей, грустно общаться с бомжами, но с ними Черкасову пришлось работать.

Бомжей тщательно готовили к акту замены телами. Необходимо было предусмотреть и уменьшить неудобства из-за возможной нестыковки души с мозгом и умом постороннего человека, подготовить душу так, чтобы она могла быстрее привыкнуть и синхронизировать все процессы в новом теле.

Вновь пригласили Геннадия Гончарова, который с помощью регрессивного гипноза помог бомжам вспомнить опыт их вхождения в тело младенца еще в утробе матери.

С экспериментом затягивать не стали. Черкасову предстояло поочередно вывести души Сергея и Володи из тел и поменять их местами.

— Сложная у нас задача, — сказал Гончаров перед экспериментом. — Мне не известно ни одного случая, когда душа вселялась бы в тело после его рождения. Только в фантастических произведениях есть истории вселения в другое тело и овладения сознанием другого существа, но это не более чем выдумка. Даже при вселении в еще не рожденного ребенка душа овладевает мозгом постепенно. Это медленный и сложный процесс. Трудно представить реакцию взрослого человеческого мозга, если к его работе внезапно подключится еще одно бессмертное существо.

— Собственно, ради исследования объединения души и мозга мы проводим этот эксперимент, — сказал Андрей. — Вполне возможно, у некоторых людей пересадка души может вызвать патологию химических процессов мозга и гормональный дисбаланс.

— У каждой души есть характер, который в сочетании с индивидуальным человеческим мозгом и центральной нервной системой создает личность каждого из нас, другими словами — «Я» человека, — продолжил Геннадий. — Наше «Я» — это наши мысли, воспоминания, ощущения, наше отражение в зеркале. Это основа человеческого существа на протяжении всей его жизни. Когда целостность «Я» нарушается, следуют психические отклонения, криминальное поведение.

— Это я понимаю, — сказал Андрей. — Свойства души должны быть похожи на характер и эмоциональный темперамент тела. Для эксперимента мы подобрали похожих людей.

— У меня были две пациентки, однояйцевые близняшки в возрасте около сорока лет, с разницей рождения несколько минут, — рассказывал Геннадий. — Души и тела этих женщин, вроде бы, должны были быть очень близкими и тесно связанными, но на самом деле они не являлись идентичными. Каждая из женщин жила своей индивидуальной жизнью, были какие-то совпадения, но и различий оказалось не мало. А у нас два бомжа, никак между собой не связанных…