– Чем ты занимаешься?

Она резко развернулась, но кадр вдруг смялся в непонятную массу пятен наподобие теста Роршаха. Все двигалось. Раздавались странные звуки, то ли грохот, то ли стук. Отчетливо был слышен только хлопок дверью, затем видео восстановилось. Картинка приняла четкие очертания. И стала видна кухня целиком за стеклом, в котором отражалось улыбчивое лицо Зайкина и задняя стенка телефона. Парень запыхался, но продолжил репортаж:

– Мы покинули опасную зону. Особь вернулась к салату.

– Че там, сына? – послышался всполошенный мужской голос.

– Пап, не мешай, я веду репортаж.

Отец протянул восторженное «Вау».

– Макароны она уже превратила в мучную жижу с маслом. А курицу сожгла в духовке практически дотла, как будто в прошлой жизни была инквизитором, – шептал Зайкин. – Салат ее последняя надежда.

Несколько секунд стояла тишина. Оба как будто любовались «особью». Карина всматривалась в экран, где женщина, нарезав зелень, полезла за стеклянной банкой с разноцветной и разнокалиберной смесью орехов, открыла крышку, понюхала и, пожав плечами, решила добавить ее в миску, половину которой уже наполнили красные, оранжевые и зеленые овощи.

Голос сбоку громко ахнул. Послышался звук шуршащих тапочек.

– Нуся, что ты творишь? Это же хомячий корм!

Камера двинулась следом. А затем все потухло, но через секунду появился новый кадр. Мужчина с женщиной сидели за кухонным столом с пустыми тарелками. Она смотрела в потолок и пила минеральную воду из бутылки. Он двигал пальцем по экрану смартфона, стянув губы в сторону, а свободной рукой подпер подбородок. На столе стояла миска, в которой ползал пухлощекий рыжий хомяк.

– Заказал пиццу, – удрученно сообщил мужчина и положил телефон на стол, задев им тонкое блюдце.

– Зато у Степки сегодня праздник живота, – заметил Зайкин из-за кадра.

Все трое печально вздохнули.

– Ладно, беру свои слова обратно, – заявила вдруг женщина, подняв руки. – Не такое уж и плевое дело готовить. Но салат почти получился! Сами виноваты. Нечего хомячий корм хранить на кухне.

– Да на банке же написано было «корм для хомяка», – ответил мужчина.

– Твоим кривым почерком!

Она стукнула ладонью о столешницу и скрестила руки. Тарелки прозвенели заунывно. Мужчина посмотрел поверх камеры на сына. Тот хихикнул. Карина невольно повторила за ним.

Затем произошла быстрая смена картинки. На экране появилось крупным планом лицо Зайкина. Синие глаза казались еще более синими, а персиковые губы – почти оранжевыми.

– Знайте, друзья, мама на кухне – быть беде, – парень подмигнул. – Всем пока!

На фоне раздалось возмущенное восклицание, но развязка осталась за кадром. Началась реклама. Карина посмеялась и перешла к другому видео.

Зайкин на камеру демонстрировал набор сковородок с инновационным антипригарным покрытием неизвестного Карине бренда. Все шло ровно и гладко, почти скучно, пока в кадр не ворвалась мать, которую девушка сразу узнала.

– Сколько же они тебе заплатили за рекламу, что ты их так расхваливаешь?

– Нисколько, это честный обзор, – обиженно ответил парень, вертя в руке блинную сковородку.

– Что? Ты еще и бесплатно это делаешь? – матери уже не было в кадре, но сила тона стопроцентно передавала ее возмущение.

– Ну, конечно. Они даже не знают, что я на них тут обзор делаю.

– А должны. Так это и работает. Хватит у матери на шее сидеть. Вот мою косметику ты почему-то не расхваливаешь, хотя я все твои ролики спонсирую.

– Ну, мам, – жалобно протянул Зайкин, положив сковородку со звоном на стол. – Твоя косметика не в тему моего блога.

– И что? Целевая аудитория зато подходящая. Ну-ка!

Она затихла буквально на несколько секунд. Парень за это время успел только повертеть головой недовольно в камеру. Вскоре на столе появилась бутылка шампуня с хорошо знакомым Карине брендом «Zaya».

– Давай, нахваливай.

– Мам, ну, ты че, реклама так точно не заработает. Зрители же теперь знают, что ты насильно меня заставляешь хвалить твой бренд.

– Ну, так вырежи и смонтируй.

– Ладно.

Парень изобразил скисшую мину и обхватил шампунь, как алкоголики хватают бутылку водки. Открыл колпачок, понюхал и сморщился.

– Шампунь «Zaya». Пить не рекомендую, и посуду им не помоешь, зато можно не бояться, если волосы упадут в блюдо, они хотя бы будут чистые.

– Ой, все, – раздалось сбоку с раздражением, затем хлопнула дверь.

Зайкин поиграл бровями, похихикал и продолжил обзор на сковородки как ни в чем не бывало.