Подняв глаза, я завороженно наблюдала, как он стоял надо мной освещая светом своей лучезарной улыбки и протягивал руку. В этот момент я почувствовала себя заблудшей душой, которую из тьмы жизни выведет великий Миссия, если я возьму его за руку.

Я вложила свою ладонь в его, но свет в моем воображении рассеялся и ничего не произошло. Адам поднял меня и все. Лучезарная улыбка не исчезла, но магии наполняющей мой разум мгновение назад больше не было.

– Ханна ты как?

– Да нормально. – Я отряхнула одежду и потерла ушибленный локоть. – Ты меня немного напугал.

Ой как неловко вышло. Хотела избежать встречи, а в результате предстала в самом нелепом виде из возможных вариантов. Грустно рассуждая над ситуацией, старательно отводила взгляд.

– Прости. – Адам чуть опустил голову, демонстрируя виновность. – А что ты делала за цветком.

– Ой…Да просто смотрела…Почву изучала. – Воровато подняв глаза на Адама, видела недопонимание на его лице. В попытке выкрутиться я добавила. – У нас тут постоянно цветы вянут.

– Да?

– Я не шучу!
– Гордо вскинув подбородок, придавая себе самый серьезный вид, компетентного агронома. – Что не день, так очередное растение погибает. Так наш ВУЗ лишится декоративного озеленения. Я думаю их или забывают поливать, или не соблюдают интервал. Например… – Я указала на растение, стоящее рядом, быстро придумывая в голове что можно добавить, для демонстрации своей правоты и несуществующих знаний.
– Этот Фикус…Дионея из семейства Росянковых, очень страдает и теряет цвет. Значит, полив ведется по неправильному графику и не в верных дозах.

– Какой ужас.
– У Адама округлились глаза и приподнялись брови.

– Не то слово. Представляешь какое безобразие. – Если честно, произнесенные мной названия я когда-то где-то слышала, но не знала подходили они хотя бы частично к этому растению.

– Не знал, что ты разбираешься в растениях. – Удивился Адам.

Я тоже не знала, но лицо Адама отразило столько уважения мне, что сложно было устоять от еще маленькой порции безобидной лжи.

– Да. Я очень давно увлекаюсь растениями. Особенно тропическими. – В этот момент завибрировал телефон и глянув на экран, обнаружила напоминание от Оливера о том, как он заждался. Сильно занервничав, я добавила. – Ты знаешь у меня прям сердце кровью обливается, когда вижу, как растения страдают из-за неправильного полива. Вот. Черт. Надо бежать.

– Ханна, подожди? А что насчет моего предложения?

– Я…все еще думаю. Тут проблема в том. – Подумав ровно секунды, я добавила. – У меня сегодня на почту удобрение должно прийти, буду спасать растения.

– А, понимаю. – Уголки губ Адама тронула немного грустная улыбка.

Я же уже бежала по коридору к раздевалке. По началу заскочила в женскую, но ударив себя ладонью по лбу направилась в мужскую. Стейн не уточнял, но я догадалась – он имел в виду мужскую.

Краснея и озираясь по сторонам, надеялась не стать обозревателем голого мужского хозяйства, шагнула вовнутрь. К счастью голых студентов тут не было. Только Оливер. Мы были одни.

– Белый мозг, ты че так долго? – Надменный Оливер потирал ладони.

– НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК! – Я вспыхнула.

– Не, Белый мозг, условия теперь диктую я.
– Пояснил он, ухмыляясь еще шире.

Сделав глубокий вдох и шумный выдох, я постаралась успокоить растущую злость и включить дипломатию:

– О чем ты хотел поговорить и о каких условиях идет речь? – Я старалась быть спокойной. Он явно выводил меня на эмоции.

Оливер вальяжно потянулся и достав из кармана джинс смартфон – начал что-то искать. Пока я наблюдала за хищным выражением и сопровождающими смешками, мой боевой настрой таял вместе с попытками сохранить хладнокровие. Похоже Оливер не блефовал.

– Посмотри, что у меня есть. – Он продемонстрировал экран своего телефона и у меня отвисла челюсть.

– Что? Как? – Мой язык онемел, а тело словно покрылось коркой льда. Я наблюдала свой позор, после выпитого пива. Это было настолько мерзко, что каждая клетка меня пропиталась целым рядом сильных эмоций. Меня трясло от злобы на себя и Оливера. Мне хотелось биться головой об стену. Закрыть глаза и провалиться под землю. Получить по голове чем-то тяжелым, впасть в кому и проснуться с полной и неизлечимой амнезией. Это была моя личная катастрофа и от этой мысли мозг словно обливали серной кислотой. Но я всё-таки смогла выдавить из себя несколько слов. – Ты, Ублюдок, зачем ты это снимал?

– Как зачем? – Удивился Стейн. – Что бы у меня на тебя был компромат.

– Зачем тебе это? – Я не сдерживаясь перешла на крик.

– Теперь я могу тебя контролировать. Ты только посмотри какая красота. – Не прекращая злодейски улыбаться Оливер поднес поближе ко мне телефон. Потом он о чем-то задумался и добавил. – Жалко у меня нет видео, страстного поцелуя «Горячей женщины»

– АААААААА. – С горящими от стыда глазами и такими же пылающими щеками, словно к ним прислонили раскалённые угли, я бросилась на Оливера. – ТЫ ПОКОЙНИК!

Правда превратить его во временного жителя морга у меня не получилось, Оливер отскочил в сторону и успел поймать меня за шиворот, когда я чуть не влетела головой в раковину. Вырываясь и пытаясь выцарапать ему глаза, я быстро выбилась из сил. Когда до моих ушей донеслась еще одна усмешка, я снова напала и опять была повержена. Он ладонью отстранял меня и выше над головой поднимал телефон, где были повторы ужасного видео с моим участием. Все мои удары кулаками по груди Оливера – были ему нипочем, но я не сдавалась в стремлениях выбить у него из рук телефон или причинить любой возможный физический вред.