Песочек…я уставилась на убегающий сквозь мои пальцы белый песок в ладони.

Подняв глаза, смотрела на беспокойную гладь лазурной воды. Малочисленный люд и разобранные лежаки, говорили о раннем утре. Всматриваюсь в длинную, узкую и уходящую вдаль полосу пляжа, я тихо спросила, обращаясь больше к себе чем к Оливеру

– Где я? Сколько я здесь? Что было в промежутке между твоим звонком в Монреале и сейчас?

– Тебе пить опасно. Особенно местный ром.
– Растягивая губы в ухмылке, Оливер опустился рядом со мной на корточки, наслаждаясь моим непонимающим взглядом.
– Мы на Чавенге. Вчера прилетели на кукурузнике на остров Самуи.

Мои глаза чуть не выпали из орбит.

– Как? Почему мы здесь?

– Рыжульку ищем.
– Усталым голосом пояснил Оливер.

– Подожди.
– Разум отказывался принимать информацию, но я пыталась хоть что то вспомнить.
– Риган здесь?

– Нет. Предположительно она будет завтра ночью на Пангане.

– Где?

– Панган. Остров, Белый мозг.
– Стейн закатил глаза.

– А почему мы тогда здесь, а не там?
– Список моих вопросов не заканчивался, а понимание так и не сформировалось

– Потому что маршрут к Пангану лежит через Самуи. Завтра там состоится Фул Мун Пати. Рыжуля туда собиралась, я рассказывал. Там мы ее и выцепим.
– Оливер кулаком подпер подбородок, пристально уставился на меня.
– Ты серьезно ничего не помнишь? Мы вчера даже билеты на катер купили. Только они у Адама. А его надо сначала из местного тюремного участка вытащить.

– Что?
– Меня охватило что то сродни солнечному удару.
– Адам здесь? В смысле он в тюремном участке?

Оливер меня похоже разыгрывает. Не верю и не понимаю.

– Ага, он затусил с местным трансом, потом включил гомофоба, под действием алкоголя разумеется. А затем полиция почему то решила, что он наркотиками торгует. Его забрали кажется на ночь. Но я могу ошибаться так, как плохо понимаю тайско - английский.

– Это не реальность. Это происходит не со мной.
– Повторяла я как мантру раскачиваясь из стороны в сторону сидя на песке.

– Брось Белый мозг. Пойдём возьмём тебе арбузный шейк и память вернется.
– Он обхватив мое запястье, резко поднял меня на ноги.

– А где мои сланцы?
– Пропажу я только заметила. Опустив голову, рассматривала как зарываю пальчики ног в песок. Неожиданно на меня нахлынуло воспоминание.

Я и Адам стоим на пляже ночью в освещении звезд. За нашими спинами бушуют волны. Он целует меня. Я что то говорю ему и меня накрывает волна, утаскивая за собой мои сланцы.

Какой то бред. Тряхнув головой, я предположила, что это мог быть сон. Но отчего то четко вспомнила ощущения от удара волны по телу и соль на веках и во рту.

– Ты вчера так весь вечер и бегала.
– Пояснил Оливер.
– Погнали, босоножка.

Не дожидаясь пока я хоть немного приду в себя, Стейн взяв меня за руку, потащил за собой.

Я с открытым ртом озиралась по сторонам. Я словно попала в другой мир. Выйдя с пляжа, меня буквально оглушали сигналы бесконечных и хаотично двигающихся мопедов. Двухэтажные разноплановые дома с пестрыми вывесками, туристы и уличные торговцы едой.

Контраст самых разных запахов щекотал нос. Ароматы пряностей от прожаренной уличной еды, смешивались со зноем и благовониями аромапалочек, зажженных в миниатюрных храмах на постаментах. Таких странных игрушечных храмиков я насчитала по дороге штук пять. Остановилась рядом с одним из них, чтобы рассмотреть.

Он был почти как настоящий буддистский храм, только очень маленький. В нем жило несколько маленьких стаканчиков с напитками и сладости, а на крыше висела цветочная гирлянда.

– Это домик для духов.
– Объяснил Оливер.
– Местные жители верят, что в этих домиках живут духи предков. Они умасливают их угощениями и напитками. Если что, брать нельзя. Считается воровством у духов.

– А? Правда?

– Правда.
– Стейн с усмешкой, добавил.
– Твой любимый Адам похмелиться хотел, и чуть не обворовал вчера духов. Потом от местных убегали. Такие домики тут у каждой семьи.

– Обалдеть.
– Единственное что смогла вымолвить.

Я не могла поверить в происходящее и слова Оливера. Адам на такое не был способен. Или мог? Похоже, наше "Вчера" было переполнено приключениями и странными событиями.

Если конечно Оливер все не придумал.

Оставалось надеяться на скорейшее возвращение памяти. Пока в голове была пустота, а попытки вытащить хоть какие фрагменты воспоминаний, вызывали легкие головные боли.

Возможно мое тело так акклиматизировалось к жаркому климату. Как минимум ощущений похмелья после рома, о котором упоминал Оливер, у меня не было. Мой первый алкогольный опыт был во время автопати, куда меня позвала Риган. Тогда я решила - это мой последний опыт, потому что мне было ужасно плохо на утро. Сейчас все было почти отлично. Разморенная от жары, туго соображающая и с амнезией, но я чувствовала себя вполне сносно.