— Предлагаю сейчас объявить и прямо на балу провести конкурс исторического костюма, а победительница сыграет в ящик.

— Снова ты вкручиваешь! Говори человеческим языком, Милославский!

— Самое красивое и исторически актуальное платье давайте поставим в новую витрину нашего музея. И на табличке укажем фамилии девочек, которые его шили. В одиночку за неделю ничего путного не построить.

— Вот как такие интересные идеи приходят в голову такого оболтуса! Отлично же придумано!

— Судя по тому, что слово «оболтус» оканчивается на «-ус», это латинское слово, наверняка что-то солидное означает. Так что в этот раз я на вас не обижусь. Но предупреждение выношу.

— Нахал! Молчи уже!

Взрослые, а ведутся как дети на подначки. И вроде с детишками постоянно общаются, должна быть психика стойкая. Или у них на меня иммунитет еще не выработался. Эх, телевидение бы мне, вот где бы я развернулся! Какое-нибудь местное телевидение… и третий инструктор райкома, куратор от идеологического сектора, редактор в штатском. Нет, с телевидением я погорячился. В этом времени им попользоваться не дадут. Инстинктивно понимают, что оружие шибко острое, сами боятся и другим не дадут. Вот и шлепают в программу то «Отзовитесь, горнисты», то «Дневник пятилетки».

Может, зря отрезал десятиклассниц от бала? Пришли бы такие в чем-нибудь коротком, покружились, поулыбались. Ой. Это то самое оно приближается, весеннее обострение или первая волна пубертатного периода? Это ж скоро по лестнице в школе не пройти, чтоб голова не закружилась. «Девочки-девушки, пройденный этап! В нашем эскадроне пялятся на баб!» Призовая игра, кто помнит этот термин. Кинул пятнадцать копеек в игровой автомат, взорвал все корабли или поразил без промаха все мишени, можешь бесплатно еще разок сыграть. Пятнашку мне теперь влом тратить на автоматы, теперь вся жизнь призовая игра. Может я это, прошлую прошел успешно? Ха-ха, не смешите мои тапочки, успешно прошел. Если только до финала дожил, так в той игре все доживают до самой смерти, все успешно финишируют. Так что возвращаюсь к теории сбоя в матрице, я невольный читер.

Если здраво подумать, что такое сто рублей по деньгам данного времени? Моя мама в таких случаях говорит: «Думай-не-думай, сто рублей не деньги!» А Крокодил-Гена ко мне со всем уважением, словно я ему Волгу в лотерею помог выиграть. С другой стороны, молодой парень без семьи с зарплатой сто двадцать, а тут внезапно еще сто падает, практически директорская зарплата в сумме за месяц. Кто помог? Я помог. Рассказал ему про конкурс и женский костюм в витрине. Значит, будем делать две витрины в этом месяце — слова не юноши, но мужа!

— Тебе клиенты из Тулы не звонили?

— Нет. А должны были?

— Ну так телефон у тебя взяли, могли.

— Не заморачивайтесь, могут через полгода позвонить или через год. А могут не позвонить вообще. Надо строить производственный процесс без привязки к случайным клиентам. Будем ориентироваться на Покупателя с большой буквы.

— То есть на кого?

— То есть на средневзвешенного потребителя прекрасного в том смысле, какой он вкладывает в это понятие — с учителями мне проще общаться, они слов знают больше. И моя речь не сбивается на всякие «бдыщь и хренак».

— Саблю попробуем на продажу сделать?

— Категорически нет. Опасно.

— Тут не понял, в чем опасность. Такая же железка, как ты говоришь.

— Понимаете, меч в нашей ментальности есть предмет древний и сказочный. А сабля, сабля ассоциируется с царскими офицерами, с революцией и боевым оружием. Увидит сабельку дед какой и закричит, мол нас в восемнадцатом такой саблей офицерье рубило, когда мы в плен попали под Перекопом! Даже если он сам тогда саблей белых рубил. Даже если его конкретно и не было под Перекопом, в головах сидит глубоко ассоциация: сабля — гражданская война.

— Глубоко мыслишь. Масштабно.

— Так на том стоим, нельзя нам ошибаться.

— Конкретно нам с тобой или вообще нам?

— Конкретно нам, за нами не стоит Организация, наши ошибки только наши. Отвечать придется конкретным нам. Теперь другой вопрос: вы сварку нормально освоили? Нам пора в следующий век переходить, конические шлемы взывают к нам.

— Ну не идеально шов кладу, но уже вполне уверенно с электродом-двойкой управляюсь. Лист два миллиметра сварю.

— Тогда надо начинать пробовать. И в музей, и на продажу потом, как руку набьем.

Да, как ни удивительно, музей в большой степени для моих планов экспериментальный полигон, а не выстраданное детище. А если задуматься, весь Союз Советских Социалистических Республик рассматривался мной как этот самый экспериментальный социально-политический полигон. Вот только чувствовал я себя на том полигоне как ребенок с совочком в песчаном карьере. Инструмент подкачал слегка, даже ведерка не дали, уж не говоря о бульдозере. А был бы у меня бульдозер… никогда не управлял бульдозером.