– Ему я сделаю суровый торт на годовщину свадьбы. – Я мило улыбнулась, но на взгляд ответила таким же прямым взглядом. – Но предлагаю сейчас попробовать торт для Сони. Он покрыт тонким слоем белого шоколада и украшен листьями из съедобного золота. Нельзя есть только фигурки жениха и невесты, но вам никто и не даст.

Толпа гостей взорвалась смехом и аплодисментами, я склонила голову и отошла в сторонку.

– Спасибо, – прошептала Соня, обняла меня и тут же вместе с женихом ухватилась за нож. И так же вместе они разрезали мой торт.

Я получила свой кусочек и первым делом проверила, правильно ли разморозились слои, нет ли между ними лишней воды. Замораживались они по очереди, потом я их собирала, склеивая бисквиты между собой белым шоколадом. Но процесс разморозки даже важнее, потому что мусс, желе и конфи делают это с разной скоростью. И нет ничего хуже печального гостя, грызущего ледышку со вкусом манго после того, как он облизал с нее мусс из белого вина.

Но все оказалось идеально. Можно выдыхать.

Я расслабилась и потому не заметила, как сзади подошел тот самый мачо-женатик-танцевальный бог. Даже и не думала, что ему не хватило того, что я его отшила. Может, ему нравится? Так я еще могу.

– Значит это ты волшебница-кондитер, чьи ручки изготовили все эти сладости? И все сама?

– Конечно, всех остальных кондитеров я съела.

– Незаметно. – Он оглядел меня с головы до ног.

– У меня быстрый метаболизм.

– Неудивительны такие таланты, удивительнее было бы обратное…

Вот тут я насторожилась, и не зря. Сомневаюсь, что он вообще запомнил бы какую-то девушку, с которой просто потанцевал. У него по лицу видно, что из всех людей его интересует только он сам.

– Я ведь правильно тебя узнал, ты Настя Сне…

Я не нашла ничего умнее, чем сунуть ему в рот ложку с куском торта.

– Заткнись! Меня зовут Ася, ясно?

– Ясно, куда уж яснее… Вкусный торт, кстати. – Он проглотил и подмигнул. – Но, повторюсь, я бы удивился, будь иначе.

Он ушел, оставив меня дрожащей от злости. Я его не помнила, совсем не помнила, но это ничего не значило. Зато он помнил меня.

Отставила тарелку с остатками торта. Не буду же я есть той ложкой, которую облизывал этот…

И поймала взгляд Макса. Он стоял далеко от меня, через несколько столов, между нами ходили другие гости и возвышался свадебный торт, но этот взгляд оставался горячим даже на таком расстоянии.

Не было сомнений, что он видел наше общение с тем… Черт знает что можно было подумать. Кормила женатого мужика с ложечки, улыбалась…

Я никак не могла понять, что таится в его взгляде. Он был совсем не таким, как в доме. Но что изменилось, я не улавливала.

Совсем стемнело, маленький квартет играл что-то печальное и нежное, и в темноте сада растворялись гости. Кто-то ехал домой, кто-то догуливать в кабаки и в гости друг к другу.

Некоторым жених оплатил гостиницу, и они загружались в длинные лимузины, украшенные лентами и цветами, не забывая захватить пару бутылок шампанского «на дорожку».

Огоньки в саду гасли, будто задуваемые ветром. Мне казалось, что некоторые гости ушли гулять по саду и растворились в темноте.

Я уже давно не видела Макса, и мне было немного грустно, что задорное приключение, так здорово начавшееся, закончилось настолько грустно и невразумительно. Жаль, что я не предвидела неожиданной встречи. Просто расслабилась за последние годы. Да и где, в самом деле, мне пересечься с тусовкой бизнесменов и миллионеров? В метро? На рынке? В рок-клубе?

Честно сказать, я и там-то нечасто бывала. Я в основном проводила время на своей кухне. Туда точно ни один враг не проникнет. Там я хозяйка. Ну еще немного – владелица квартиры, но она меня не тревожила визитами.

Одни курьеры приносили мне продукты, другие – уносили готовые торты, а я была совершенно счастлива, занимаясь любимым делом.

Вот кто знал семь лет назад, что я не финансист, а кондитер? В свои восемнадцать я была уверена, что знаю, чего я хочу. Конечно, я хочу ходить на высоких каблуках в юбке-карандаше по офису Big4, не расставаться с тремя мобильниками и записывать ужины в дорогих ресторанах как представительские расходы. Хотя нет, пусть их так записывают мои спутники.

А потом оказалось, что я люблю вкусы, запахи, эксперименты, алхимию – саму жизнь. Не просто реакция Майяра, разрушающая аминокислоты в белках при нагревании, в результате которой выделяется углекислый газ и коричневый пигмент, а чудо, которое совершается прямо на глазах, когда мясо покрывается золотистой корочкой и начинает умопомрачительно пахнуть. Не денатурация белков при нагреве, а воздушное невесомое безе или блестящая тягучая меренга для крема.

Хотя теорию я знаю отлично – привет, 96 баллов ЕГЭ по химии! – мне намного интереснее обращаться с сахаром, сливками, белками как с ингредиентами для волшебных эликсиров. Никто не знает, почему слезы дракона и пыльца фей вместе превращаются в летние облака, но разве так не интереснее?