— Уверен? — спросил с насмешкой друг.

— Уверен. — повторил за ним.

— Идёт. — кивнул Птица — Я пойду, — кивнул в стороны выхода из кабинета — А ты можешь дальше наблюдать за златовлаской, ещё целых три недели. — продолжил с насмешкой и оставил меня одного.

— Твою мать! — выругался сквозь зубы и с силой вдарил по столешнице.

Какого чёрта Ника заинтересовала Лиса? И какого чёрта, мысль о том, что Лису заинтересует Ник выводит меня из себя?

Понедельник, тринадцатое декабря, траурное чёрное платье, волосы, затянутые в тугую гульку, и первый рабочий день после больничного — что может быть лучше? Да что угодно!

Кручусь возле зеркала и кривлюсь своему отражению в этом ужаснейшем наряде.

— Точно! — воскликнула полу шепотом и кинулась к своему шкафу.

Достала свои тёплые штаны, в которых была в день встречи с Романовым и вытянула из пояса шнурок. Он достаточно широкий, поэтому думаю должен подойти.

— Ну вот…хоть немного, но приличней. — расправляю складки, под импровизированным пояском.

Шнурка хватило на целых два оборота вокруг талии, да ещё и завязать на небольшой бантик получилось. Края я, конечно, спрятала, чтобы не мешались и не развязались в неподходящий момент.

Благодаря этой маленькой хитрости, я хоть немного стала похожа на девушку, в этом траурном мешке. И не удивительно что в этом наряде, я не выгляжу привлекательной для Романова. В ЭТОМ вообще невозможно выглядеть привлекательно!

Стоп Стоп!

Разве меня волнует мнение Романова или его дружка?

— Пфф…Вот ещё! Конечно нет.

Показала язык своему отражению, представляя, что делаю это двум мужчинам и с уже немного приподнятым настроением вышла из комнаты, чтобы приготовить завтрак Его Величеству.

Если вас волнует состояние моего здоровья, то напрасно. Всё прекрасно. Ну почти…Горло ещё немного побаливает, но Айболит, наведывавшийся вчера к работе допустил, к моему сожалению. Витаминчиков приписал, так как ему не совсем понравились мои анализы и справку для начальства выписал. Юморист.

Честно признаться, я даже немного соскучилась за готовкой, за дни своего больничного. Но только не за уборкой! Просто готовить оказалось так…интересно? Да, наверное, почти так же, как и рисовать. Правда с художественным навыком у меня получше чем с кулинарным, но всё же я стараюсь! Следую за каждым шагом, описанным в рецепте, и получаю очень даже симпатичные сырники на завтрак. Кофе, кстати, тоже стал получатся гораздо лучше, чем в первые дни моей незапланированной карьеры повара. Ну или Егор просто перестал к нему придираться…

Как обычно накрываю завтрак Романову в столовой и сбегаю на кухню, наслаждаться своей порцией. Почему сбегаю? Да потому что я только и делала все эти дни, что избегала хозяина дома. Или он меня? Это ещё кстати разобраться нужно! За прошедшие дни я видела его, кажется, всего дважды. Один раз, когда он приходил к двенадцати часам ночи. Не то что я ждала его у окна или следила за ним, просто так вышло. Меня мучала бессонница, я встала попить воды и увидела его в окно. И второй раз, когда он уходил, рано утром — в этот раз мы столкнулись в коридоре. Я была слишком сонной, чтобы понять, что произошло, но как только до меня дошло что преградой на моём пути была не внезапно выросшая стена посреди коридора, а грудь Романова — от меня не осталось и следа.

Доедаю свой завтрак и выжидаю ещё семь минут. Чтобы уж наверняка. По-прежнему не хочется попадаться на глаза Романову. Это моя стратегия: ниже воды, тише травы. Или там наоборот? Не важно! Смысл вы поняли, да? Я не попадаюсь ему на глаза, не косячу, выполняю достойно свою работу (хотя бы стараюсь это делать) и уже через каких-то две с половиной недельки я дома, объясняюсь с родителями и правдоподобно лгу про разбитое сердце и почему я не могу познакомить их с любовью всей своей жизни.

Осторожно выглядываю из кухни и…

— Ну Романов… — рычу сквозь зубы, подходя к совершенно не тронутому завтраку.

Хотелось сказать чего-нибудь погрубее, но вовремя удержалась. Это же надо! Я всё утро горбачусь над сырниками для него. Ладно! Пусть и не совсем для него, для себя я стараюсь в разы больше, но всё же…Наглость какая! Да я низа что бы не встала в такую рань, чтобы приготовить завтрак даже для себя.

С мыслью об убийстве и сокрытии трупа Романова, убираю со стола, перекладываю остывшую порцию в контейнер и прячу в холодильник. Если уж сегодня не пришёл на завтрак и даже не предупредил, то завтра разогрею и подам под видом свежеприготовленных. Привожу кухню в порядок и приступаю к другим своим обязанностям. На удивление их сегодня не так много. Кроме готовки, мне нужно всего лишь закинуть вещи в стиральную машинку и после разобрать, ну и влажная уборка. Можно считать это выходным днём, по сравнению с теми, когда приходиться делать полноценную уборку всего дома.