От жара его ладоней кровь прилила к лицу. Боже. Что за реакция…

— Вы люди такие жалкие… Беспомощные… — произнёс, задумчиво растирая мои заледеневшие пальцы.

Водил по ним с каким-то трепетом, будто раньше никогда не прикасался к кому-то так.

Резко отбросил мои руки. И сразу стало так холодно, словно все тепло мира заключалось в его руках.

— Тар!

Снова вздрогнула. Боже… К этому никогда не привыкнуть. Его настроение меняется с каждой секундой.

Широкоплечий подошел к нам.

— Найди ей одежду.

Тар кивнул и снова ушёл.

— Идём — сказал, схватив меня за руку и куда-то потащил.

— Ккуда мы?

— От тебя воняет лошадью. Мне это не нравится — ответил не оборачиваясь.

Даже он заметил… От него тоже пахнет лошадью, но дикий запах мужчины перебивает все. А я же… Сейчас от меня жутко воняет. Раньше я не пользовалась духами… Сейчас бы я отдала все, что у меня есть за пару капель парфюмерии и душ.

Мы прошли уже около километра. Точнее черноглазый шёл, а я тащилась за ним следом.

Сегодня на удивление светлая ночь. Первый раз за столько дней я увидела здесь луну… Если это так можно назвать. Словно серебряное кольцо, внутри которого разлито что-то тёмное, что темнее самого небесного полотна. И от этого серебряного кольца было столько света, будто я иду под фонарями в парке… Парк… Отогнала от себя не прошенные мысли о доме…

Черноглазый отодвинул ветку, что то, шепча и пропустил меня вперёд.

Не сдержала вздоха восхищения. О Боже… Разве может быть что-то красивей?

Не реальная красота, как и все в этом мире, но это место было похоже на сказку…

Пар поднимался с белой, словно молоко, поверхности воды, что заполняла овальные углубления в чёрном камне. Таких углублений было несколько, и они располагались напротив друг друга. В центре бассейнов росло дерево. Стройное, с замысловатым плетением кары… Но самое интересное, что оно было белое, как и вода в бассейнах. Ветви широко раскинулись в разные стороны и с них в воду падали белоснежные лепестки цветков. Это что-то не реальное…

Подошли ближе. Какая красота… И это тепло, что исходит от воды… Словно я попала в сказку.

— Раздевайся. — его приказ спустил меня на землю.

Обернулась.

Деймос сбросил с себя накидку, представляя взору идеал мужского тела. Господи… Я ошиблась… Прекраснее этого места… Он…

Такие широкие плечи…. Рельефная спина…. Деймос сбросил с себя всю одежду, а я все так же пялюсь на него, чувствую, как к лицу приливает кровь, а живот стягивает в тугой комок.

Черноглазый резко обернулся. Отвела взгляд, надеясь, что он не заметит, как секунду назад я плавилась от вида его оголенной спины.

— Можешь смотреть. — усмехнулся он.

— Я… Не хотела смотреть..

Хотела и смотрела. И продолжаю смотреть, пока Деймос опускается в воду. Обернулся. Снова отвела взгляд. Как же стыдно. Рассматривать его вот так…

— Раздевайся. — приказал, делая глоток из фляжки.

Что?

— Раздевайся. Я не буду тебя ждать, а пока от тебя воняет лошадью в лагерь ты не пойдёшь.

Он не шутит. Он ведь правда может оставить меня здесь одну.

Господи..

Стянула с себя штаны и замешкалась. Если сейчас снять свитер я ведь останусь совсем голой перед этим изучающим взглядом чёрных глаз.

— Я… Можешь отвернуться? — неуверенно спрашиваю.

И снова усмешка. Его это забавляет, а я сейчас готова сквозь землю провалиться.

— Нет. Давай уже — похлопал ладонью по воде.

— Можно я хотя бы пойду в другой бассейн.

Мужчина несколько секунд смотрел на меня. Наверное, он не знает, что такое бассейн.

— Можешь залезть в другой кратер, но не советую. Это место охраняют нимфы. Они не любят чужаков.

Нимфы? Господи. Кто здесь еще водится?

Деймос выжидающе смотрел на меня.

О боже

Быть в одном… Кратере… С голым мужчиной… Это… Это хуже, чем осознавать, что здесь есть нимфы.

— Ты нужна мне только для убийства Агора. А подарок должен остаться чистым, чтобы он его принял. Тебе не чего боятся. Пока.

Это ведь то, о чем я подумала? Он говорит о моей девственности? Это…это… Пока? Что значит пока? Столько вопросов. Кажется, моя голова лопнет.

Стиснула челюсть и быстро сбросила свитер, стараясь прикрыться. Господи, как же стыдно. Подняла глаза. Теперь Деймос смотрел как-то иначе. Больше не было озорного огонька в его глазах. Они стали будто темнее.