– Мое настоящее имя - Теодор Солвиц, - счел нужным проинформировать Верховный Жрец.

И от этого Экшену сделалось как будто еще страшнее. Имени такого он никогда не слышал - он был просто уверен в этом. Но вместе с тем само сочетание звуков вызывало массу совершенно невероятных ассоциаций, словно пробуждались в мозгу чужие воспоминания вперемежку с его собственными. Остервенелые твари планеты Пирр; странный ледяной астероид, излучающий ни с чем не сравнимую злобу и вызывающий жуткий страх; шоу-охота на гигантского снехобирдона в жаркой дарханской пустыне; широкомасштабное сражение со Звездной Ордой в окрестностях Старой Земли; кровавая, яростная поножовщина на пиратской планете Джемейка; летящий в бесконечность и сверкающий ясным золотом древний звездолет "Овен"... И все это в безумной, внехронологической последовательности. В странных проблесках памяти, в проклятом винегрете из своего и чужого не было ни прошлого, ни будущего - все фрагменты существовали как бы вне времени. И, осознав это, Экшен буквально онемел от страха.

А Солвиц меж тем проговорил:

– Спасибо тебе, Экшен. Ты славно поработал на меня. Но, к сожалению, Язон дин-Альт по-прежнему жив, и тебе придется оказать мне еще одну услугу.

– Я не хочу, - выдавил из себя Экшен, удивляясь звукам собственного голоса.

Конечно, он не хотел вновь становиться исполнителем чужой воли, а тем более - убийцей собственного молочного брата. Но, с другой стороны, произносить это вслух в такой ситуации казалось равносильным смертному приговору. И все же слова были сказаны. Будто еще чей-то, не менее могущественный, чем у Солвица, разум одновременно вселился в голову Экшена. Не многовато ли для одного человека?

Солвиц улыбнулся странно и, пожав плечами, очень просто ответил:

– Не хочешь - как хочешь. Мое дело предложить. Но учти: рано или поздно ты все равно попадешь к кетчерам на планету Жюванс. Кетчеры тебе не понравятся, и ты попытаешься бежать оттуда. Некий очень упрямый человек поможет тебе, но вы не сойдетесь во взглядах, и в итоге ты окажешься в настоящем аду. Если угодно, считай, что этот маленький тартар я создал в наказание специально для тебя. Этакая, понимаешь ли, шутка гения.

Последние два слова он произнес с известным нажимом и тут же добавил, небрежно махнув рукой:

– Теперь - иди. И можешь улетать с Эгриси куда твоей душе угодно.

Экшен хотел окликнуть Солвица, уже повернувшегося и медленно, с полным безразличием уходившего по длинному пустому коридору царского дворца. Но не сумел вымолвить ни слова. Дыхание неожиданно оперло, перед глазами все поплыло, ноги сделались ватными. Что и говорить, на такого зверя, как этот жрец, охотиться его не учили!

С течением времени Экшен все реже вспоминал ту сумасшедшую сцену на планете Эгриси. Иногда даже начинало казаться, что и не было ничего, а весь запредельный ужас просто приснился ему однажды после слишком сытного ужина. Будучи человеком необыкновенно прагматичным и трезвомыслящим, он с детства не верил в то, что называется судьбой, отрицал саму возможность предсказания будущего. Поэтому через год-другой просто перестал воспринимать всерьез абстрактную угрозу. И наконец, всем черноглазым жрецам назло, решил выяснить, где же находится пресловутая планета Жюванс. В конце концов, охотник он или не охотник?

В звездных атласах такого мира, разумеется, не значилось. Но, поболтав с коллегами за кружкой альтаирского зля, щедро сдобренного фомальгаутским спиртом, Экшен выяснил, в каких примерно краях следует искать нехорошую планету, если, конечно, верить передаваемым из уст в уста слухам. Легенды существовали на сей счет разные, но вообще-то все охотники и звероловы в один голос не рекомендовали туда соваться. Почему? Девять из десяти даже не хотели заговаривать на эту тему. Но наконец нашелся один, должно быть, самый пьяный, который доверительно шепнул:

– Кетчеры никому не позволят охотиться на зверей, которых они разводят.

– Кто такие кетчеры?
– вздрогнул Экшен от знакомого, но почти забытого слова.

– А вот этого никто и не знает, но на Жювансе хозяйничают именно они. Экшена, конечно, заело. Как это хозяйничают?! Закон об охоте един для всех. В конце кондов, у него с некоторых пор есть галактическая лицензия на отстрел любых животных, не входящих в официальный список запрещенных видов. Ну а туманные предупреждения какого-то полумифического Солвица - вообще бред. Вот теперь уж обязательно Экшен должен лететь на Жюванс! Доберется туда и докажет - себе и всем, - что никого на этом свете не боится. Потому что законопослушный житель любой из планет Галактики и не должен никого бояться. А человечество в лице Космического Флота Лиги Миров обязано защищать своих граждан.

Вот так примерно рассуждал Экшен, направляя свой видавший виды межзвездный ялик к планете Жюванс. "И с чего вдруг такая удаль накатила?
– недоумевал где-то в глубине сознания слабенький такой внутренний голос.
– Не иначе, опять какой-то бес вселился". Но думать об этом всерьез не хотелось: любопытство и охотничий азарт брали верх.

А кетчеры и вправду Экшену не понравились. Люди как люди, но высокомерные до омерзения.

Они проявляли полное равнодушие практически ко всему внешнему миру... Разрешили сесть на планету, разрешили ездить и летать куда угодно, разрешили ловить и убивать любых зверей. Ну, то есть, как разрешили - просто не чинили никаких препятствий. А вообще молчали все время, подозрительно кивали и что-то непрерывно записывали, водя световыми лучиками по небольшим синим пластиночкам, извлекаемым из карманов. Словом, когда Экшен вернулся из лесу с добычей и сгрузил ее перед своим кораблем в крохотном космопорту, напоминающем больше всего сугубо временный военный объект, ялик его оказался арестован. То есть просто-напросто лишен энергоблока. И тут пресловутые кетчеры разговорились. Оказывается, Экшен нарушил чуть ли полтора десятка правил, принятых на планете Жюванс. Почему не предупредили? Да как бы незачем. И вообще, почему он, сам не спросил? Хороший получился разговор.