Бабушкиной рукой было выведено простое:

Черпай силу в приятных мелочах, в солнечном свете сквозь листья, в горячем утреннем чае, в улыбках прохожих.

Это почти сразу же помогло, я стряхнула с себя тоску и, вооружившись этим мощным заклинанием, начала новую жизнь. Даже черные балахоны ненадолго отложила в дальний шкаф. К маминой радости, надела подаренную ещё бабулей кофточку и очень девчачьи джинсы со стразами. Мама тогда сама впервые за долгое время улыбнулась и крепко обняла меня, сказав, что мы обязательно со всем справимся.

Черпать силу во всём!

И я черпала, пыталась мыслить позитивно, глядя в зеркало. Длинные блестящие волосы, стройная, высокая, женственная. Я мгновенно перестала горбиться в новой одежде и с удивлением обнаружила у себя красивую осанку. Я нравилась себе, и даже кислый скептический взгляд Марины не мог нарушить мою внутреннюю и внешнюю гармонию.

— Какое-то это все немного не твоё. Слишком пригламуренно, тебе не кажется?

— Думаешь? – я весело крутанулась на каблуках. – Это все я же! Всё та же Алина. Цени!

Вытащила из уха один из наушников и вставила ей. Там разрывая барабанные перепонки играли Avantasia, побуждали на подвиги, окрыляли и тоже были моим источником силы..

— Не-не, неплохо, правда, — Марина вернула мне наушник и убрала руки в карманы своей ярко-жёлтой ветровки.

В тот день я получила столько внимания, что мой мир вдруг стал чуточку больше и объёмнее. Со мной заговорила Настя Донкина, отличница и спортсменка, она спросила не хочу ли поиграть с ними в баскет после уроков, им как раз нужна была ещё одна девочка в команду для межшкольного соревнования.

— С тобой у нас появятся шансы, я видела, как ты бегаешь на физре, Алин. Давай к нам!

Сил прибавлялось. Димка сделал комплимент, и я бросила Марине невзначай, что попробую позвать его погулять на неделе. Мне казалось, что он был тем самым загадочным парнем, который оставлял у меня на парте конфеты. Вот уже несколько месяцев, кто-то клал мне на стол безумно вкусные мармеладки и леденцы. Я однажды видела похожую упаковку в магазине, но даже маленькая пачка стоила жутко дорого. Наверно Димка тратил все свои карманные деньги на это, потому в столовке он редко покупал себе булочки. Нужно было сказать ему, что не нужно, что он и без конфет мне очень нравится.

— Дрянь какая-то, — сморщилась Марина, когда я поделилась с ней мармеладкой, как если бы это помогло нам вычислить таинственного ухажёра. Сегодня он оставил целых две конфеты.

— А мне очень нравится, — зажмурилась, подставляя лицо весеннему солнцу, которое тоже давало мне сил. Весь мир был на моей стороне, играл за мою команду.

— Тебе и с Донкиной после уроков тусить нравится больше, чем со мной, — пробурчала подруга.

— Ну мы же просто тренируемся, не ревнуй, Марин. Мы уже одной ногой в полуфинале района. Ещё чуть-чуть и принесём победу школе, придёшь поболеть?

— У меня английский в этот день. Не смогу.

— Я же тебе ещё не сказала, когда? – меня больно кольнула её отстранённость, и я совсем не понимала, где провинилась.

Она заметила это и тут же смягчилась:

— Да, я посмотрела вашу сетку турнирную, мне же не все равно, Алин. Ты крутая, я попробую занятие перенести, если мамка разрешит. И это… Мармеладки не Дима тебе дарит… Я знаю кто. Проследила.

— Правда? – сердце быстро-быстро застучало не то с досады, не то от предвкушения. Было бы здорово узнать, кому я так сильно нравлюсь.

— Новенький тот. Парфёнов. У него ещё отец в администрации работает, по всему городу плакаты его предвыборные висят. Видимо, и сынишка его подкупает электорат, — рассмеялась подруга.

— О, Паша Парфенов? – я самую малость разочаровалась. Он, конечно, был довольно милым, и все никак не мог подружиться ни с кем, но… Но он не был Димкой.

— Он самый. Дима не стало бы вот так дарить тебе конфеты.

— Это почему? – я все никак не могла отделаться от разрастающейся на сердце досады, и леденец уже не казался мне таким вкусным.

— Дима бы просто угостил, если бы захотел, конечно.

Наверно, Марина была права. Да, и взгляд Парфенова я стала замечать на себе чаще. Я даже собиралась поговорить с ним, поблагодарить за внимание и попросить больше так не делать. Но мои планы спутало другое открытие. Перед последним уроком в ту самую пятницу я нашла у себя на парте уже не угощение. Помню, как уронила портфель, как задрожали руки, а слёзы потекли сами собой. На столе лежало два искусственных цветка с выцветшими лепестками и комьями земли на пластиковых стеблях. Такие же втыкали родственники в могилу моей бабушки, а я не могла смотреть, это было ужасно. Она же любила живые цветы, она для меня была живая. До сих пор!