Итак, через час может начаться осада замка. Решили, что Кит будет готовить оборону, расставив стражу вдоль крепостной стены, а Николас возглавит отряд, который по ту сторону холма атакует англичан, ударив с фланга.

Лаэрду Мак-Кею посоветовали уехать домой прежде, чем начнется сражение. Но сам Мак-Кей намеревался ехать вместе с зятем. Одному из своих солдат он приказал лететь молнией в поместье и спешно набрать войско. Николас был чертовски благодарен старику за эту помощь. Он знал, что сейчас им нужен каждый способный к бою мужчина.

Клэр, казалось, еще сама не решила, собирается ли она впасть в истерику по поводу того, что вышла замуж за англичанина, или хочет сделать что-то полезное в предстоящей битве. Когда Николас собирался вскочить на коня, Клэр подобрала юбки и бросилась к барону.

— Вы не посмеете сделать меня вдовой, — воскликнула она. — Я хочу развода, а не похорон.

Николас коснулся своего скакуна, схватил одной рукой поводья, а затем повернулся к Клэр:

— Вы не получите ни того, ни другого, — заявил он. Она не знала, что еще сказать. Николас смотрел на нее, но вдруг решил, что уже потерял достаточно времени с нею. Но все-таки он не успел вскочить в седло, остановленный вырвавшимся у Клэр:

— Подождите.

— Да?

Слова ускользали от нее. И она просто бросилась в его объятия. Николас знал, что делать после этого. Он отпустил поводья, обвил руками трепещущую Клэр и подарил ей поцелуй, полный обещания, уверения и изрядной доли страсти.

— Вы выглядите как мальчишка с этими короткими волосами, но целуетесь вы, черт побери, как женщина, Клэр Мак-Кей.

У Клэр прервалось дыхание. Она никак не могла собраться с мыслями, пока ее муж не ускакал со двора.

— Позаботьтесь о нем, папа! — крикнула она.

— Конечно, девочка. Иди в дом и будь там.

Клэр уже повернулась, чтобы повиноваться отцу, когда заметила Джоанну, бегущую через двор.

— Джоанна, куда вы направляетесь? Вам небезопасно оставаться здесь.

Джоанна не слышала ее. Она не замедляла бега, пока не добралась до коттеджа Огги. К этому моменту она уже плакала.

Едва Алекс взглянул в лицо матери, как тоже начал хныкать. Она схватила ребенка и крепко прижала его к себе.

— Огги, возьмите Алекса. Я возлагаю на вас ответственность за него. Ничто не должно ему повредить. Обещайте мне.

— Обещаю, — сказал он. — Но где будете вы, пока я присмотрю за мальчиком?

— У нас нет времени на объяснения, — ответила она. — Король Джон послал сюда армию, в четыре раза превышающую нашу собственную.

— Мы и раньше переживали такую напасть. Переживем и теперь.

«Только цена слишком дорогая, чтобы назвать ее разумной», — подумала Джоанна. Ей не хотелось, чтобы погиб хотя бы один человек из-за ее распри с английским королем. Она полагала, что есть только один способ предотвратить бойню.

— Король предал моего брата, — сказала она. — Он воспользовался хитростью и ложью, поэтому, Огги, я воспользуюсь известной мне правдой. Я хочу предотвратить сражение, пока не поздно.

Джоанна поцеловала Алекса и передала его Огги.

— Идите, — прошептала она. — Мне нужно знать, что вы оба в безопасности.

— Если положение станет угрожающим, я заберу мальчика и спрячу. Я приведу его назад только тогда, когда все закончится.

— Как же вы выведете его за крепостную стену?

— У меня есть свои способы, — похвастал Огги. — Перестань плакать, малыш. Нынче нас ждут приключения. Давай возьмем твой деревянный меч и устроим себе собственную битву.

Джоанна осталась у Огги в доме еще на несколько минут. Она преклонила колени и произнесла молитву, прося Господа послать ей мужества.

Закончив свое обращение к Всевышнему, она перекрестилась и поднялась. В дверях стояли, наблюдая за ней, Клэр и Кит.

— Они уже кишмя кишат на холмах, миледи, — произнес Кит. — Нам нужно увести вас отсюда. Мы не сможем обороняться против такого количества солдат.

Клэр старалась удержаться от слез:

— И папа, и Николас будут убиты. Я никогда не видела столько солдат, Джоанна. Что нам делать?

— У меня есть план, — заявила Джоанна. — Они здесь, чтобы захватить меня, не так ли? Кит! Вы просто-напросто должны выдать меня им.

Он покачал головой:

— Я не могу, миледи.

— Теперь у нас нет выбора, — возразила она. — Слушайте внимательно. Мы с вами застигнуты врасплох, не так ли?

Она подождала его утвердительного кивка и затем продолжала: