Паром качнуло. Агата зажмурилась, прогоняя воспоминания. Дарси лениво поднялся и зевнул.

Берег приближался. Дядя Александр посмотрел на часы и произнес:

– Уже можно спускаться к машине, идем? Или хочешь посмотреть, как будем причаливать?

– Лучше в машину.

– Тогда вперед! – Он снова подхватил пса на руки, и тот попытался огрызнуться, доказывая, что корги – вовсе не игрушка. – Ух ты какой! – восхитился дядя и легонько щелкнул его по носу, – ты защитник? Да, Дарси?

Агата улыбнулась и последовала за ними.

Она с детства любила этот момент. Когда шлюз парома начинает медленно ползти вверх, и во всех автомобилях почти одновременно поворачивают ключи зажигания. А потом шлагбаум поднимается, и машины срываются с места.

Дядя вел аккуратно. То и дело позволяя себя обогнать. Агата смотрела на дорогу, которая стала пустой, едва они выехали из порта, и чесала пса между ушами. Тот урчал, жмурил глаза, всем своим видом демонстрируя, как ему хорошо.

– Забавный он у тебя, – произнес дядя, и Дарси тут же обернулся к нему, навострив уши.

– Да, он смешной, – согласилась девочка, слегка пожав плечами, и, чуть подумав, продолжила, – но дело в том, что он не любит других собак.

– Да, твоя мама говорила, – дядя кивнул, не отвлекаясь от дороги, – но это не повод оставлять его на все лето на передержку у незнакомых людей. Не съест же он Бина?

– Кто знает? – философски проговорила Агата, мысленно представив, как корги глотает таксу.

– Думаешь, подерутся? – уточнил дядя.

– Могут, – аккуратно предположила девочка.

– Значит, будут жить взаперти по разным комнатам. Или им придется подружиться.

Дарси с интересом прислушивался к разговору, но вряд ли догадывался, что совсем скоро ему придется делить территорию с таксой по имени мистер Бингли.

Тетя Лиза, чересчур бодрая для такого раннего утра, ждала у калитки. То ли услышала звук подъезжающей машины, то ли знала точно, во сколько их ждать. Дядя заглушил мотор, и Агата выбралась из кабины, сразу угодив в объятия тетушки.

– Агата! Какая ты стала взрослая, детка!

И женщина прижала ее к себе, поцеловав в висок. Тем временем дядя Алекс достал из багажника чемодан и направился к дому. Стоило ему приоткрыть дверь, как на улицу выскочил Бингли. Замерев на мгновение на крыльце, он кинулся к Агате, но резко затормозил, увидев у ее ног Дарси. Бин был умной таксой. Он сразу понял, что противник ему не по плечу и постарался незаметно раствориться в пионах, что росли вдоль дорожки, ведущей к дому. Но Дарси считал иначе. В два прыжка преодолев расстояние, отделяющее его от таксы, корги собрался было атаковать, но замер, услышав невероятное:

– Нельзя!!!

Он даже присел на задние лапы и уставился на дядю Алекса, еще не веря в происходящее. Бин тем временем передумал прятаться в кустах и рассматривал гостя, выглядывая из-за ног хозяина.

– А теперь, молодые люди, давайте знакомиться, – дядя Алекс хлопнул себя по бедру, подзывая корги, и тот послушно засеменил к нему.

Агата не верила своим глазам: невоспитанный пес ведет себя как порядочный джентльмен!

Тем временем собаки с интересом и взаимным уважением обнюхали друг друга, после чего дружно направились к пионам.

– Ну вот! – дядя Алекс широко улыбнулся, – а ты переживала! Они поладят!

В этот момент со стороны клумбы раздался истошный и яростный визг, а потом мимо Агаты проскользнула еле заметная светлая тень, за которой с громким лаем неслись Дарси и Бин.

– Это Снежок, – сказала тетя Лиза.

– Снежок – сфинкс, – добавил дядя Алекс.

– Агата приехала!!! – заорал Пашка, стоя на крыльце в одной пижаме с изображением тираннозавра.

Агата посмотрела на брата, перевела взгляд на смеющуюся тетю Лизу, забрала у дяди чемодан и пошла к дому, вдруг осознав, что лето обещает быть захватывающим.

Елисей приехал только через неделю. И не один, а с другом. Об этом он совершенно случайно забыл уведомить родителей.

Услышав шум и тонкий заливистый лай Бина, Агата выбежала из комнаты, но остановилась на верхней ступени лестницы, не решаясь спуститься вниз. Дарси вышел следом и теперь сидел у ее ног, позевывая и заваливаясь на бок.

– Я тоже рад тебя видеть, мамочка!

Преувеличенно бодрый голос Елисея заставил против воли улыбнуться.

– Зайчик мой! – не осталась в долгу тетя Лиза, и продолжила совершенно другим тоном, – вы, наверное, устали с дороги, Николай?