– Как он смог так незаметно уползти? Я его точно видел, – вслух изумился медведь. И тут же вспомнил одну важную деталь, которая совсем вылетела у него из головы: осьминоги умеют менять цвет и сливаться с окружающей обстановкой! – Кот, стой! Не шевелись!

Поздно. Лапушка уже сделал два шага в сторону – и наступил ровно на макушку осьминариусу. Спрут обхватил переднюю лапу кота всеми щупальцами и вгрызся в нее.

– Ааа! Ааа! У него зубы что ли есть? Или крючки? Ай, ай, ай!

Кот топал лапой по земле, но на спрута это не действовало. Он вполне мог противостоять такому давлению и ударной силе. Симпатичная мордочка Лапушка исказилась до неузнаваемости.

– Я его с тебя срежу! – Пузя всхлипнул от волнения. – Извини, если вдруг задену тебя!

– Ага… Валяй… Аааа! А! Аааа!

Голова хитрого спрута расплющилась, как блин. Она слишком плотно прилегала к пяточке Лапушки. Чтобы обезвредить осьминариуса, Пузе пришлось поцарапать нежную лапку друга. И это был еще не финал.

Энергожидкость вытекла из головы спрута, но его конечности продолжали впиваться в кошачью плоть. По лапе текли струйки крови. Лапушка скулил на монотонной высокой ноте.

– Сейчас, сейчас! Я их сейчас по одной срежу…

– Ты меня покалечишь! Уйди! Нет, не уходи! Я хочу домой! – надо отдать должное Лапушке: даже при таких страданиях он не тер языком накладку на зубе. Впрочем, он мог про нее просто забыть.

– Вот. Все. Последнюю отковырнул.

“8” – показала линза.

Лапушка рыдал, как маленький обиженный котенок. Ему было больно и страшно. А еще его раздражало и унижало осознание того, насколько он беспомощен по сравнению с Пузей. Это Пузя сообразил, как собрать пимпурумку. И опять же Пузя проявил себя как выдающийся охотник за осьминариусами! А Лапушка до сих пор самый бестолковый и безынициативный.

Раньше Лапушку любили просто за то, что он такой хорошенький. Ему не приходилось напрягаться, чтобы заслужить похвалу. А теперь он стал никчемным и уязвимым!

– Пузя, – заикаясь, выдавил из себя кот. Он наконец вспомнил про накладку, – Пузя! Я, наверное, сейчас потру языком эту штуку и отчалю отсюда. Я тут не продержусь. Ты давай один завершай миссию.

– Нет, стой! – медведь взмахнул кинжалом, который не собирался пока убирать в ножны. Кот отшатнулся. – Мы не знаем, можно ли так. Что если это будет засчитано как наше общее поражение?

Лапушка встряхнул раненой лапкой, и от этого его пронзила еще более острая боль.

– Я боюсь идти дальше по траве! Я боюсь всего!

– Давай я попробую понести тебя на руках, – Пузя все-таки заткнул кинжал за пояс и приподнял друга. Но не рассчитал силы, зашатался и плюхнулся на спину. Из травы брызнула во все стороны сиреневая энергожидкость. Цифра в линзах пиратов сменилась на девятку.

Лапушка завыл, как безумный.

– Почему осьминариусы теперь даже не пахнут? Тот, который был в пещере, пах! Я думал, я смогу чуять их издалека! Как этот гад сумел подползти к нам так близко?

– Возможно, их специфический аромат заглушает трава, – Пузя медленно сел и осмотрелся. Вроде бы в поле зрения больше не было врагов. А там кто знает. – Еще один остался, совсем чуть-чуть.

– Я больше не выдержу, – прошептал Лапушка и закатил глаза. Тут в его поле зрения попал осьминариус, который сумел-таки отбиться от птиц. Он потерял всего одно щупальце и неторопливо летел вниз, распластав по небу свое тело, как парашют.

– Пузя! Лови его, лови!

– Угу! – Пузя сначала хотел выстрелить в спрута, но побоялся промахнуться. Он дождался, пока осьминариус опустится пониже, и подбежал к нему. Медведь размахивал лапами и кричал: – Эй, я тут! Сюда, сюда!

Спрут жадно протянул к Пузе щупальца, но медведь поднял над собой кинжал. Осьминариус со всего размаха наделся на клинок, и линза отобразила цифру “10”.

“Поздравляем! С вас сняты очки Позора! Вы можете полноценно продолжать пиратскую деятельность и зарабатывать очки за Боевую Доблесть!” – поприветствовала приятелей игра, как только они вернулись в свой астролет.

– Куда зубные накладки девать? И где можно помыться?

– И лапу вылечить, лапу!

– Накладки можете выбросить в мусорный отсек, – судя по интонациям, ИИ обрадовалась возвращению друзей, – за лечением предлагаю направиться в Ламповую Беседку.

– Что это?

– Это небольшая планета, где можно в дружеской атмосфере пообщаться с другими живыми существами и попросить о помощи.

– Мне кажется, у меня гангрена начинается, – Лапушка лег на спинку и закрыл глаза. – Я не дотяну до ветлечебницы.

– У нас ведь еще осталось антивещество? – уточнил Пузя.