Всё! Днище. Теперь он знает что может делать со мной что хочет.

Как безнадёжно это звучит. Кошмар.

Хочется закрыть лицо руками и заплакать от стыда.

— зачем? — шепчет касаясь губами уха и нежно покусывает мочку, от чего мысли и слова начинают путаться. Не понимаю, что он хочет услышать.

— я не знаю…

Боже, это не мой голос! Это хриплый стон. Такой бесстыдный и пошлый.

Самой не верится, но я уже жадно прижимаюсь к нему и тону в его ласках, забыв про то что хотела сказать и спросить. Забыв про гордость. Забыв про все на свете.

Мне становится жарко, все тело будто ломит. Его губы скользят едва касаясь кожи и наконец встречаются с моими. Я целую его жадно, судорожно глажу колючие щеки, широкие плечи, перекатывающиеся под кожей мышцы напряжённых рук, твёрдую грудь…

Касаюсь пульсирующей на шее венки.

Он шумно вздохнул и отстранился.

— Тася. — крупные пальци осторожно сжимают мои плечи, не давая ни приблизиться, ни уйти.

А я тяжело дышу и пытаюсь унять дрожь.

— ты мучаешь меня специально?

Только сейчас увидела в бледных, холодных глазах боль.

— Я что-то сделала ни так? Вам больно?

Почти коснувшись его плеча отдергиваю руку, может ему неприятны холодные пальцы.

Он устало опускается на ступени. Трет сморщенный лоб. Неужели все так плохо!?

В порыве щемящего раскаяния опускаюсь у его ног и пытаюсь вновь заглянуть в глаза.

— Денис Сергеевич, простите, я не хотела!

— хватит, — раздражённо гремит густой бас, — не извиняйся. И перестань уже выкать!

Я уже открыла рот чтобы вновь попросить прощения, но промолчала.

Тёплый вечер сменился прохладными сумерками, запели цикады. Мы молча сидели на крыльце уже минут 20.

Стало зябко. Но Денис не позволил мне сходить за шалью. Когда я поежилась и попыталась встать он недовольно буркнул,

— замёрзла? — я кивнула и показала на платок. Но меня тут же сгребли в охапку горячие руки и прижали спиной к пышущей жаром груди.

Так я и уснула сидя между его коленей, в его объятиях и слушая мерное дыхание моего несчастного зверя.

Кажется мне что-то снилось. Море, корабль, отчаянный пират несущий меня на руках между вспышек разрывающихся снарядов…

А потом я почувствовала горячую кожу под пальцами и услышала тихий храп над головой.

Осторожно открыла глаз и поняла, что лежу под одеялом, в его спальне. Рядом мирно спит Денис закинув руки за голову. Я же лежу прижавшись к нему, а рука нахально расположилась на груди.

Божечки, я прямо чувствую как покраснели щеки. Лежим как пара в одной кровати. Сейчас мне так хорошо и спокойно, и уютно, как будто так и должно быть. В темноте ни чего толком не видно. А мне страсть как хочется посмотреть.

Тихонечко переворачиваюсь и поднимаюсь. Мужественный профиль еле различим во мраке. Чуть привыкнув вижу как вздымается накаченная грудная клетка. Бицепс выглядит устрашающе крупным даже в расслабленном состоянии. Удивительная смесь страха, волнения, стеснения и чего то ещё, наполняет меня. Протягиваю руку. Хочу лишь коснуться, но робею и останавливаюсь в сантиметре от его лица. Чувствую дыхание на ладони.

— рррам!

Щёлкает квадратная челюсть возле пальцев и в мгновение ока моё тело оказывается прижатым к матрасу.

— чего ты хочешь?

Он шипит мне в шею, опаляя кожу своим жаром.

— не знаю, — испуганно заикаюсь.

— может этого? — костяшки пальцев косаются шеи и скользят вниз рисуя причудливый узор.

— или этого? — губы жадно обхватывают мои и настойчиво углубляют чувственный, медленный поцелуй.

— или этого? — все тише шечут они, пока рука обхватывает и томно сжимает грудь через тонкую ткань, заставляя выгнуться и напрячься всем телом.

— а может вот этого? — одним резким движением подтягивает меня чуть выше, стаскивает платье с плеч и накрывает ртом сосок всасывая его до приятной ноющей боли.

Из мой груди вырывается громкий хриплый стон.

— ещё? — в темноте сияет влажный взгляд полный безумной жажды. А требовательные руки уже гладят бедра задирая узкую юбку.

— ты этого хотела? — он целует вторую грудь чуть прикусывая сосок и одновременно проводит ладонью по тонкой ткани трусиков. От неожиданности я вскрикиваю. Меня как будто током ударило.

— этого? Отвечай! — голос осипший, серьёзный, властный.

— этого?

— не знаю, — задыхаюсь, теряю разум, извиваюсь под его руками.