Вогнал в ствол очередной осколочный, и прицелился в пулеметчика на втором этаже. Выстрел! Есть! Еще двое в актив, а сам пулемет задрал ствол вверх.

В этот момент ожил пулемет в амбразуре, казалось бы подавленного дота. Вогнал в ствол бронебойный. Сместил прицел вниз, и выстрелил. Броневой щиток пробило как бумагу. Там скоро живого места не останется. Пулеметчика наповал, ну или двоих ранило, не важно. Огневая точка вновь замолчала. И опять под обстрел окна магазина.

Тем временем товарищи добрались до Ха-го. Тот стоял удачно, кормой к засевшему в здании противнику. Поэтому извлечь экипаж получилось хотя и с трудом, но все же с минимальным риском. Не забыли о самураях танкетке. А то еще очнутся, да устроят неприятности. С образованием у японцев конечно не так хорошо как в ДВР, но уж специалисты-то точно имеют в запасе по возрождению.

Покончив с этим Уткин оседлал Ха-го, и подкатил к «тройке», прикрыв ее так, чтобы противник не смог достать занимающихся ремонтом. Как только это случилось, на улице наметилось затишье. Словно самураи именно этого и ждали.

Через люк мех-вода Виктору передали пулемет который он установил на штатные крепления, и тут же проверил, насколько сбился прицел. В принципе терпимо, но это для кого другого. Нестеров же несколькими короткими очередями пристрелял его. Неправильно это, когда оружие не приведено к нормальному бою.

— Сто первый, ответьте пятьсот первому, — наконец управившись с этим, вызвал Виктор командира роты.

Снаружи доносился перестук кувалды и молотка, лязг металла, и матерок Уткина. Заняться Нестерову больше нечем, разве только посматривать в перископ за противником. Ну и ждать, успеют ли они отремонтироваться до того, как японцы начнут следующую атаку. Так отчего бы не узнать, что творится у других.

— На связи, сто первый, — отозвался ротный, и добавил. — Я уж думал вы там все. Докладывай, как у вас обстановка.

— Уничтожили экипажи одного танка и одной танкетки. Нам сбили гусеницу и разбили ленивец. Сейчас чинимся. В бою наметилось затишье. Мех-вода и заряжающего серьезно задело, использовал «Аптечку».

— Японские машины в порядке?

— Две, в полном. Что с третьей, не знаю, не смотрел.

— Ясно. Починишься постарайся танки увести в безопасное место. Я доложу, пришлют экипажи. И выясни, что там с третьей машиной.

— Сейчас не могу. У меня в приоритете ремонт.

— Принял. Занимайся.

— А как у остальных?

— Одну машину сожгли. Не восстановить, без вариантов. Хорошо хоть парни сумели спастись. Весь запас «Аптечек» израсходовали, и все равно на отходе двоих достали. Сейчас эвакуируют в тыл, там их подправят.

— Это как же они могли так подставиться? — удивился Виктор.

Экранированный ПТ-1 конечно не был неуязвим. Экраны прикрывали далеко не все участки. Но если не наглеть, и не вырываться вперед пехоты, то под ударами оказывался только лоб. А там, теперь шестьдесят миллиметров брони. Пушкам японцев остается только бить по гусеницам. Ну или устраивать засаду, и брать в борт.

— Зенитку выкатили на прямую наводку и долбанули в лоб, — сообщил ротный.

— Серьезный аргумент.

— Это да. Ладно, конец связи.

— Конец связи.

В этот момент кто-то постучал по крышке люка. Э-т-то еще что за ерунда!? Сразу подумалось о том, что противник может пройти по дырам пробитым китайцами и добраться до них сверху. Правда в это не укладывалось то, что Игорь с Мишей так и продолжают возиться с ленивцем. Опять же, в двух домах по этой стороне сейчас полыхает пожар.

— Командир, там ротный китайский к тебе стучится, — прокричал Туников.

Виктор откинул крышку. Японцы это сразу приметили и тут же открыли огонь. Одна пуля с металлическим щелчком ударила в сталь, еще парочка просвистели рядом. Ладно. Коли так, то и он высовываться не будет.

— Слушаю вас, господин капитан, — обратился он к Чжану.

Тот находился в окне второго этажа и так же предпочитал не отсвечивать снаружи. Что в общем-то было разумно. А стучал обычной шваброй, которую удлинили примотав еще одну.

— Мы хотим возобновить атаку. Вы должны нас поддержать.

— Смотря что вам от нас требуется.

— Вы смогли захватить японский танк, и он на ходу, — с таким видом, будто Виктор сморозил ерунду, произнес капитан.

— То есть, вы предлагаете мне атаковать японцев на этой консервной банке?

— Это хороший танк.

— Я бы так не сказал. Броня тонкая, так что первая же пушченка продырявит нас, как картон. Как впрочем, и крупнокалиберный пулемет. Смотровые щели не забраны триплексами, и в них могут влететь пули, которые потом будут рикошетировать внутри. Нет, воевать на этом, я точно не буду.