Но общие шаблоны генерации Лизе удалось раздобыть. Всего было 3 уровня. На первом — стандартные склады и универсальные комнаты. Хочешь — ставь там верстаки, хочешь — делай арсенал. Впрочем, нам тут нужен был лишь переход на второй уровень.

Вторым уровнем были уже лаборатории. В теории, там можно еще сделать радарную вышку прямо на Цитадели и вывести управление оной на 2 уровень, но… в основном так не делали. Обходились кучей дешевых радаров по периметру. Их и потерять не жалко при случае, а покрытие они вместе дают ничуть не хуже. Более того, если выстрелить чем-то, что наводится по радиосигналу — то попадет в этот самый дешевенький радар.

Ну и третий уровень. Там был вход в реакторную и слоты под разные технические улучшения Цитадели. Например, чтобы мехи можно было заряжать на халяву прямо от реактора. Ну и всякое по мелочи, что может понадобится клану.

А теперь главная проблема — Цитадель имела 4 входа. С каждой стороны света соответственно. То есть, с учетом того, что нас запалили, то…

Я бежал первым и едва успел активировать щит. Ну конечно же впереди была засада. Правда долбоебская — они и правда решили остановить нас обычным огнестрелом? Втанковав весь их огонь щитом, я дал союзникам возможность тут же минусануть всех врагов.

Все было на грани. Благо, первый уровень мы успел проскочить, потеряв лишь одного хесовца. А вот на втором нас уже ждала неплохая такая засада. Ведь кроме игроков, Цитадель защищали еще и боты. А еще они все успели занять неплохую позицию.

То, что это засада, я понял слишком поздно. Нас впустили в широкий зал лаборатории, после чего начали стрелять. Мы-то успели рассыпаться по укрытиям, но… на этом все. Назад уже не уйти — вход простреливался слишком хорошо. Рашить вперед сложно. Но другого выбора нет.

С обеих сторон полетели гранаты. С нашей стороны успешней — все же топовая пехотная броня. Тем не менее, это не особо что дало. Врагов как будто нихрена меньше не стало. Более того, кажется, я даже видел, как к ним приходит подкрепление.

Отстреливаясь, я понял, что мы увязли. Слишком плотный огонь. Экзачи не экзачи, а положат нас всех. Да мы их продавливаем. Потихоньку. Настолько потихоньку — что скоро сюда могут подтянуться даже легкие мехи. Эх, а ведь мы были так близки к цели…

Собственно, теснили мы их лишь по одной причине — тому самому чувству командной работы. Каждый из нас идеально чувствовал тайминги перезарядки и знал, где какой враг открылся. Но… нужно было что-то большее. Просто хорошей командной работой мы не победим. И тут я увидел ЕГО.

Когда я в очередной раз высунулся дать несколько выстрелов, время будто остановилось. Точнее — нихера не будто. Оно буквально остановилось. Окружающие вещи стали невероятно четкими и во всей этой немой сцене был лишь один движущийся объект. Тот самый парень в капюшоне, которого я видел еще в на нашем самом первом ганке. Когда мы уничтожали Форпост-4.

Темная фигура кивнула мне и улыбнулась. Хрен его знает, откуда я это понял — вместо лица у него была черная дыра. Но я точно это почувствовал. Сделав пару шагов, он исчез в проеме с другой стороны комнаты. И после этого время наконец-то ушло с паузы.

В лицо мне тут же прилетело что-то мощное, что сразу откинуло меня назад. И… на этот раз меня вновь спасло забрало! Мой любимый шлем мигал отметкой "Сломано", но мои хп просели лишь наполовину.

— Самурай минус! — крикнул Богомол в войс.

— Хуй там, — рыкнул я в ответ, — Легкий красный.

После увиденного, как бы это пафосно не звучало, но в груди появилось странное чувство. Это невозможно описать. Представьте, что вы увидели бога. Не просто своего кумира, известного человека или президента. А именно что бога. От этого перехватывает дух и ты можешь лишь открывать рот. Но ничего не говоришь — не изобрели еще таких слов, чтобы выразить твои чувства. Даже не знаешь, что спросить. Ну не спрашивать же "как тебя зовут" и прочую херню — это лишь опорочит момент катарсиса.

Мое сознание будто начало расширяться. Теперь я не просто знал, что делает каждый член отряда в каждый момент. Сколько у них патронов и где находятся враги. Нет, это было мелочью — теперь я сам был каждым человеком из отряда. А они были мной… словно мы все стали единым коллективным разумом. И этот разум подчинялся моей воли.

Синхронно мы резко встали и несколькими залпами уничтожили всех врагов. Буквально несколько секунд, за которые полегли почти все наши — враги ведь тоже стреляли в ответ. Я одновременно шел вперед, подавляя пытавшихся отстреливаться из-за двери врагов и дрался в теле Садиста с теми, кто пытался зайти нам в спину. Я умирал вместе с Богомолом, которому оторвало обе ноги, и каким-то неизвестным мне хаоситом шел перед своим изначальным телом.

Это… совершенно невозможное чувство. Его нельзя описать. Это как придумать новый цвет — человеческий мозг физически на это не способен, не прибегая ко всяким логическим ухищрениям. Также и тут. Совершенное новое ощущение — как будто открылось новое чувство.

Я плохо запомнил последующие события. Мы просто шли по коридору, устраивая кровавую мясорубку по пути. Кто-то, видимо из легкого меха, попал мне ракетой в щит, оторвав руку. Но стимуляторы не дали истечь мне кровью и я упорно шел вперед.