— Тох не говори так, я не изменял ей! Я проснулся в трусах и футболке. А Ксюха говорит, что видела фото где я голый, — рычу раненым зверем.

Со всей этой ситуацией я разучился говорить спокойно, так не долго без друзей остаться и в психушку загреметь. Открывается дверь, в машину садиться Ник.

— Слушай сюда Матвейка, если ты нам гонишь и всё-таки трахал Машку в тот день, я сам вот этими руками за шкирку оттащу тебя на кастрацию! И поверь — я это сделаю, — тычет пальцем мне в плечо — за пять лет мы ни разу не ругались — бросает предупреждение.

Друг взбешён и очень сильно я даже не имею право на него обижаться ни то, чтобы возразить.

— Ник, прости друг, я не хотел, чтобы так получилось, — мне остаётся только извиняться.

— Молчи. Лучше вспоминай, что было в тот день. Всё вспоминай, до мельчайшей подробности, — рычит Ник, закрывает глаза.

Вижу — старается унять свою злость на меня.

— Там вспоминать ничего, почти весь день провёл у родителей. Около четырёх вернулся домой, поговорил с Ариной по телефону, позвал её к себе. Она сказала, что занята — помогает отцу и не может приехать, потом позвонила Машка — попросила приютить, сказала, что поругалась с родителями. К Глебу побоялась ехать, я дал согласие, приехала она где-то через час. Выслушал её жалобы, как ей трудно жить с родителями, которые не понимаю её. Потом выпили чай и всё. Проснулся утром почти ближе к обеду, застал Машку на кухню, я только кофе успел попить и Тоха пришёл, — рассказываю всё, как было.

— То есть, а после чая, что было? — спрашивать Ник, потирая пальцами подбородок.

— Ничего, — подтверждаю.

Пытаюсь вспомнить.

— Я уснул, наверное.

— Наверное? — переспрашивает Тоха, — Мот, вот я на сто процентов уверен, что не простой чай ты пил, что-то в нём было и это, что-то добавила Машка. И ещё надо узнать, знала ли это ДИВИЦА, что Арина готовила тебе сюрприз в тот вечер?

Пока Тоха говорил все эти слова, в моей голове начали появляется вопросы, на которые сам не мог дать ответы. Почему не насторожился после пробуждения, когда обнаружил себя на постели? А главное моё состояния, я чувствовал себя х. рова, голова трещала по швам.

— Я согласен с Тохой, Матвей. Вот как теперь узнать про это? — задаёт вопрос Ник.

По лицу вижу, Ник больше не спросит и слово у Ксюхи.

— Чёрт! Парни у меня поездка завтра в Питер вернусь только на следующей неделе, я не знаю, что делать? Не поехать не могу, — как всё не вовремя.

— Если надо, то поезжай, нам всем нужно выдохнуть, девчонкам успокоиться. Приедешь, и будем решать проблемы, всё парни, сейчас по домам, — командует Тоха, поворачивая ключ в зажигании.

10.1

АРИНА

Самокопание не очень хорошая вещь, но именно им последние три дня я и занимаюсь.

Почему так получилось? Что нашёл в Маше Матвей, чего не было во мне? Что ему не хватало? Я даже сравнить не могу его с кем-либо, из парней он был первым и единственным. Он ни разу не сказал, что его не устраивают наши отношения. Секс был превосходным! А может он был таким только для меня? А ни для него? После рождения Снежки, я и вовсе перестала смотреть на мужчин. Даже свиданий не было. Из мыслей меня выдёргивает голос Егора.

— Аришка хватит киснуть. У нас на носу встреча, с арендодателем помещения для твоего офиса, — Егор стоит в дверях, облокотившись плечом о косяк, руки сложены на груди, на лице задорная улыбка, — разгоняй своих тараканов, в своей светленькой головушке. Я даже отсюда слышу, как они играют «марш славянки». Только не пойму, кого они у тебя провожают в путь? — стучит пальцем по нижней губу, взгляд притворно задумчивый.

— Егор тараканы не умеют играть на музыкальных инструментах! — начинаю смеяться, вот дурень придумает же такое!

— Ещё как умеют! — подходит ко мне ближе, утверждает Егор, — и поверь у них это получается не хуже духового оркестра, — размахивает руками, как это делает дирижер, напевая тот самый марш, — там кстати Джек со Снежинкой начинают делать ремонт в детской, — показывает рукой в направлении комнаты.

— Какой ремонт? — смотрю на «братца», и до меня доходит, что скрывается под этим словом, — Егор и ты им позволил, это делать?! — возмущаюсь и бегом направляюсь к Снежи в комнату.

— Если ты не забыла, я третий экземпляр в этой семье, я тоже шалю вместе с ними! — кричит мне вдогонку, этот нехороший человек.

Забегаю в комнату к малышке, и моя челюсть разбивается о пол.

Джек треплет перьевую подушку, поднимая снегопад по комнате. Подушка кстати не первая, так как пол уже усыплен маленькими, беленькими пушинками. Дочка лежит в этом пуху и активно шевелит ручками и ножками.

— Милая… а, что ты делаешь? — пытаюсь сдержать истерический смех.

— Мама я деляю ангеля, Джек мне помогаеть, — спокойно отвечает дочка. Мимо меня проходит Егор, косится на Снежу, потом на меня, продвигается ближе к ребенку.